После того, как вся группа «Раскат-4» была в сборе и пятеро спецов были готовы изрешетить всё враждебное, что покажетсяв проёме хранилища, Булат начал вращать вентиль, открывая тяжёлую дверь. Помещение, что открылось взгляду спецназовцев, было не таким уж большим: несколько сотен мелких серых ящиков, частично вскрытых, были вмурованы в стены комнаты. Терминал, напоминавший игровой аппарат, стоял у входа, посередине хранилища располагался стол. Два металлических стула довершали скудный интерьер. Хранилище было окрашено пятнами человеческой крови. На полу у стола лежал мужчина с пробитой головой. Он был в военной форме с крупными звёздами на погонах. На одном из стульев сидела и плакала девушка в грязной от крови и пота блузке. Она вцепилась в руку коллеги, что распластался на столе. Гражданский был без сознания, губы рассечены, нос сломан, на лбу и щеках виднелись покраснения. Рядом с ногами измученной девушки валялся заляпанный в мозгах слиток золота.
Распорядившись о первой помощи и перемещении двух уцелевших ближе к свежему воздуху, Вадим связался с базой:
– «Гром», я – «Раскат-4», как слышно?
– Слышу тебя, «Раскат».
– «Гром», точка под нашим контролем. Двое гражданских выжило. Остальные, кто здесь был – «двухсотые».
– Командиров нашёл?
– Есть три трупа: два полковника и один майор.
– Понял. Жди, сейчас к тебе «ленточка» выехала – спецназ ФББ. Передашь им точку и двигай вглубь квартала. Твоё направление – юго-запад. Там будешь координироваться со снайперами: на втором канале их частота у вас есть. Позывные «Кондор» и «Копьё». Дворы зачищать не надо, теперь вы – разведка. Обнаружишь скопление мародёров, какой-нибудь сборный пункт бандитов – выходи сразу на меня. Зачистку будут проводить ФББ и подразделения РХБЗ. Мы им только подпеваем. Да, и ещё: «Раскат-3» обнаружил блокированных «ообровцев». «Химики» пообщались с ними и сделали вывод, что зараза не передаётся по воздуху, а только при контакте слизистых или через кровь. Так что противогазы можете снять, если не попрётесь врукопашную! Ещё «ообровцы» говорили про каких-то фанатиков с оружием. «Раскат-1», что в соседнем районе прочесывал местность, находил трупы, похожие на наркоманов, одеты в чёрное. Но, правда, рядом с нарками валялись автоматы, исписанные каким-то бредом. Будьте начеку! Непонятно, почему именно были снесены заслоны ДВД и пошла прахом операция ОПОНа с «вэвэшниками». Как понял?
– Принял, – ответил Вадим, обдумывая всё услышанное. – А что с «Раскатом-2»?
– Они взяли точку и организовали там оборону с остатками ОПОНа, что вышел на них. Там пока стрельба: какие-то сумасшедшие пытаются их атаковать, но хрен там! Их штурмуют-то одиночки и группы по двое-трое человек. Бросаются на наших с голыми руками! В лучшем случае с арматурой или ножами. Безумие чистой воды!
– Да, тут вообще какой-то звиздец, куда ни глянь!
– Итак, дождись «ленточку» и отрабатывай юго-запад. Конец связи!
Через некоторое время к банку подъехало три бронетранспортёра и один бронированный грузовик. С техники, как горох на землю посыпались сотрудники ФББ в боевой экипировке, но с узнаваемым гербом на шевронах. «Да они тут и без нас бы со всем справились», – подумал Вадим, когда рассматривал прибывшие силы, превосходившие числом его отряд в несколько раз. Передав контроль над банком контрразведчикам, «Раскат-4» пошёл во дворы, двигаясь в указанном направлении. Территория ближайшего жилого комплекса ничем не выделялась. Глянув на эти ухоженные дорожки, газоны и детскую площадку по центру, нельзя было бы и предположить, что квартал охвачен беспорядками, и что рядом гибли люди. Пройдя комплекс насквозь, и перебежав небольшую улицу, группа Мазкова нырнула в проезд более старого многоквартирного дома. Довольно быстро стало понятно, что двор длинной «панельки» куда менее гостеприимен. Рассредоточившись и укрывшись за ближайшими машинами, «раскатовцы» наблюдали, как на противоположном конце детской площадки с попорченными турниками и оборванными качелями бушевала толпа. Их было девять человек. В порванной одежде, с разбитыми лицами, пораненными конечностями они со звериной яростью кидались друг на друга. У некоторых изо рта шла пена. Это была вспышка первобытной ярости. Складывалось ощущение, что в потасовке каждый сам за себя, что каждый испытывает сильнейшую ненависть по отношению к окружавшим его людям.
– Командир, они у меня на мушке, – произнёс в рацию Палач.
– Готов открыть огонь, – вторил ему Сухарь.
– Пока ждём, – охладил пыл своих бойцов Старый.
Вадим надеялся, что в клубке из этих кусавших друг друга, рвавших плоть голыми руками человекообразных существ, не было мирных граждан, которым сейчас требовалась помощь его отряда: «Да и что я сделаю, если они уже и так все пораненные? Если химики не наврали, то заражённые – верняк».
