Массовая драка постепенно сокращала свои масштабы: на ногах оставалось всего пятеро и, судя по кровоточившим рваным ранам, скоро они утихнут. Но тут из дальнего проезда во двор вбежало ещё несколько человек. Они, не раздумывая, налетели на драчунов. У атаковавших в руках были палки и камни. Да и действовали они, как единая группа, не нападая друг на друга. Поначалу Вадим даже подумал, что это какой-то отряд самообороны из местных. Что это гражданские, которые решили противостоять всему тому аду, в который погрузился их квартал. Почти сразу его сомнения развеялись. Несмотря на «командную игру» и использование подручных предметов, этим налётчикам было не занимать ярости и безрассудства, граничившего с безумием. Они даже внешне почти во всём походили на тех, кого сейчас безжалостно забивали насмерть. Прекратив утрамбовывать в грунт растерзанных противников, «бесноватые» с импровизированными дубинами замерли на месте. Складывалось ощущение, что они принюхиваются к чему-то. «Банда дубинок» состояла из семерых оборванцев. Двое сгорбленных, прихрамывавших шипели что-то, озираясь. Но осмотр пространства на предмет поиска новых врагов закончился так же внезапно, как и начался. Размахивая своим оружием, горланя что-то нечленораздельное, сплёвывая пену, безумцы ринулись к затаившимся «раскатовцам».
– Огонь! – рявкнул Вадим.
Двор наполнился оглушительными хлопками выстрелов из автоматических винтовок. Яростное воинство с вооружением времён каменного века моментально приземлилось в крайне неестественных позах: их подкосили огнестрельные ранения. Когда упал последний «берсерк», Старый отдал приказ в микрофон гарнитуры:
– Вперёд. Проверить.
Бойцы «Раската» без спешки вышли из укрытий и занялись осмотром трупов. То, что никого живого из этой толпы не осталось, стало понятно сразу, стоило лишь приблизиться к оборванцам на пару-тройку метров: раны на телах были не совместимы с жизнью.
– Эй! Можно уже? – раздался старушечий голос откуда-то сверху, сзади.
Рысь быстро определил источник звука и указал на него остальным. На балконе четвёртого этажа, недалеко от бывших укрытий «раскатовцев», стояла пожилая женщина в выцветшем халате и кофте, накинутой на плечи.
– Когда можно выйти? – повторила она свой вопрос.
Вадим шагнул в её сторону и громко ответил:
– Не надо пока никуда выходить! Сидите дома, на улицах опасно!
– А когда же мне пенсию тогда принесут? Вчера должна была быть! У меня валокордина последняя пачка осталась! Как это я не выйду? Почтальон должен был ещё вчера прийти! Вы разве не со всеми отморозками разобрались?
– Послушайте! На улице всё ещё опасно! Запритесь дома и не выходите никуда! Потом вам принесут всё, что должны, – настоял на своём Вадим.
– А вы не видели моего мужа? – выкрикнула девушка с шестого этажа соседней секции. – Он в синей олимпийке в магазин пошёл, его с утра нет! Я до полиции дозвониться не могу! Скорая не отвечает!
– Нет, не видели! – Вадим понял, что надо заканчивать общение, пока это не переросло в приём заявок и обращений.
– Пожалуйста, посмотрите, нет ли его в «Изобилии»! Это супермаркет на соседней улице!
– Я не могу! – ответил Старый, жестом приказывая отряду двигаться дальше.
Из окна второго этажа, мимо которого прошёл «Раскат-4», кричал мужчина:
– Товарищ военный, у меня жена сейчас рожать начнёт! Помогите её доставить в роддом! У неё воды отошли!
С другой стороны донеслась мольба женщины средних лет:
– Офицер! Офицер! Ко мне весь день кто-то пытается забраться в квартиру! Он стучится головой в дверь! Я его не знаю, помогите!
Вадим, уводя отряд из двора, лишь произнёс:
– Граждане! Сейчас на улице смертельная опасность! На ваши вызовы приедут, как только будет возможность!
Двор отозвался хором голосов:
– Да когда ж это будет?
– А вы на что?
– Помогите, я вас прошу!
– Скотины!
– Я подам на вас заявление в прокуратуру!
– Ублюдки!
Отряд ушёл, не сказав в ответ ни единого слова.
Дальше начиналась территория, на которой «Раскат» могли поддержать снайперы, целый день сидевшие на крышах нескольких высотных домов.
– «Копьё», «Кондор», это «Раскат-4». Приём!
Через несколько секунд в наушнике появился встревоженный голос:
– Это «Кондор-2». Ты кто?
– «Кондор-2», я – «Раскат-4». Мы группа разведки, двигаемся с северо-востока, на Планерную вышли.
– Что за позывной такой? Я не знаю таких позывных! – проговорил в динамике снайпер.
Вадим поднял руку – группа застыла на месте. Затем бойцы разошлись в стороны, приготовившись к обороне.
– «Кондор-2», база вам сообщала про высадку групп?
Ответа не последовало.
– «Кондор-2», я – «Раскат-4», меня слышно?
В динамике раздался новый голос:
– Это «Кондор-2», всё нормально «Раскат». Тут неразбериха маленькая возникла, но всё исправили. Что от меня нужно?
Вадим подал жест отряду, что всё в порядке – напряжение немного спало.
– Я на юго-запад двигаюсь, прям до окраины. Есть у тебя данные какие-нибудь, что там вообще сейчас?
– «Раскат-4», где ты сказал, тихо более-менее. Вот если просто южнее возьмёшь, то там уже есть на что поглазеть. Возможно, базу себе кто-то соорудил.
– А конкретнее?
