Одиберти создал пьесу, повествующую об одном из средневековых крестовых походов, однако история является лишь отправным пунктом и фоном произведения и спектакля Марешаля, в котором в полный голос дано прозвучать фантазии драматурга и выдумке режиссера. Избрав героем лангедокского дворянина Миртюса, авторы спектакля превращают его в рыцаря-крестоносца, отправляют навстречу самым необыкновенным приключениям сначала в Византию, затем — в Иерусалим. Мир спектакля озарен светом поэзии и подсвечен лукавым лучом игры. Игра возникает уже потому, что одни и те же актеры выступают здесь в нескольких ролях (самого Марешаля, которого Одиберти сравнивал со знаменитым Чарлзом Лафтоном, первым исполнителем роли брехтов-ского Галлилея, мы увидим сначала в роли Отца Миртюса, затем — византийского императора Теопомпа III и, наконец, — в образе Халифа). Но в "могучем дыхании поэзии", но сквозь смех в постановке Марешаля звучит суровая правда, разоблачаются корыстные планы завоевателей, бесчеловечность "рыцарских" подвигов. Образ же "одинокого рыцаря" Миртюса, созданный одним из лучших актеров "Компани дю Котурн" Бернаром Балле, заставляет сегодняшних зрителей задуматься над судьбой человека, предавшего идеалы своей молодости.
Второй спектакль наших гостей — инсценировка широко известного романа Теофиля Готье "Капитан Фракасс" — осуществлен в сезоне 1972/73 года. Французские критики сравнивают этот спектакль Марешаля (его сорежиссер — Бернар Балле) со знакомыми нам "Тремя мушкетерами" Планшона: обе постановки "от самого основания до вершины обновляют старую мелодраму". Теофиль Готье поведал трогательную историю разорившегося аристократа барона де Сигоньяка, который становится актером бродячей труппы, выступает на сцене под маской Капитана Фракасса, влюбляется в прекрасную Изабеллу, участвует в калейдоскопе романтических приключений серии "плаща и шпаги". В 1863 году его роман, прекраснодушный и наивный, был несколько запоздалой данью романтизму. Марешаль извлекает из произведения Готье его социальные мотивы — он раскрывает столкновение героя с бесчеловечной французской действительностью XVII века, заставляет его на себе испытать общественную несправедливость, стать защитником угнетенных. Вместе с тем на сценических подмостках словно бы стихийно возникает театральный праздник, в котором соседствуют романтическое безрассудство и плебейская насмешка, мелодраматические страсти и безжалостная сатира, где все происходит всерьез и в то же время приправлено шуткой.
Марешаль находит полное понимание и поддержку у актеров "Компани дю Котурн" — этой лучшей во Франции, по мнению критиков, "труппы каскадеров", блистательных мастеров сценического боя и трюка, которые в то же время владеют искусством романтической игры — искусством "сжигать подмостки", если воспользоваться старинным французским театральным оборотом. "Если выражение "сжигать подмостки" имеет какой-нибудь смысл, то "Компани дю Котурн" сжигает подмостки. Это согревающий огонь радости: театр обдает вас теплом своего искусства", — писал о "Фракассе" критик газеты "Франс-суар" и призывал снять шляпу перед создателями спектакля...
Жан Вилар... Роже Планшон... Марсель Марешаль и его друзья... Борьба за народный театр Франции продолжается. Тем радостнее встреча с театром, искусство которого находится на боевых рубежах этой борьбы.
(Госконцерт, 1974).
Ноябрь 1974 г.
Начало не предвещало неожиданностей. Сумрачный и непогожий вечер; тусклое мерцание истершегося от времени гобелена и выцветшего фамильного портрета; молодой хозяин и престарелый слуга зябко кутаются в лохмотья возле грубо сколоченного стола...
Обман, обман! Пройдет минута, другая— и под своды, казалось, навечно погрузившегося в разор и запустение родового замка барона де Сигоньяка ворвется порыв настоящей жизни. Ворвется — и смешает карты, обманет ожидания! В спектаклях театра из Лиона "Компани дю Котурн" неожиданность становится нормой.
В свободной инсценировке знаменитого романа Теофиля Готье "Капитан Фракасс", которую первой показали гости из Франции, актеры бродячей труппы появляются в мрачном зале в костюмах своих театральных персонажей. И следом за ними на сцену проникает яркий свет прожекторов, романтика необычайных приключений, вольность шутовской игры и игра нешуточных страстей. Молодой барон (Жан-Клод Друо) слышит властный призыв к бытию и действию. Он выхватывает блестящий, как молния, клинок, предлагает свободную руку избраннице своего сердца и, скрыв лицо под маской капитана Фракасса, ведет своих новых друзей через испытания навстречу подвигам.
