— Напротив. Они умели драться. И дрались в первых рядах. Беловолосые — не только телепаты и судьи. Они ещё и прирожденные воины, созданные для битвы. Причём битвы смертной, неравной, ибо намного превосходят обычных вампиров силой, ловкостью и живучестью: могут некоторое время сражаться с распоротым животом, пробитым сердцем, потеряв девять десятых крови. Сражаются, не щадя ни себя, ни других, посему обычно выносятся с поля боя по кускам. И если Лён покинул Догеву, вывод очевиден — дело государственной важности, то бишь кому-то набьют морду.
Я не поверила троллю:
— Чушь. Он приехал на стрельбища.
— Мораан! — Вал в сердцах сплюнул под ноги. — А я так хотел поучаствовать!
— А что тебе сейчас мешает?
— Встать на пути у Повелителя? Ну уж нет. Гхыр с ним, с призом.
Зная о любви тролля к деньгам, а в особенности к дармовым деньгам, я не на шутку обеспокоилась.
— Он же не собирается подтасовывать результаты, правда?
— Да нет, вряд ли, — брезгливо передёрнул плечами тролль. — Морду можно и после стрельбищ набить…
Между нами протиснулась торговка с лотком подовых пирогов на меду.
— А вот кому пирожки? — заверещала она, опасно жонглируя лотком. — С пылу, с жару, медяшка за пару!
Мы отоварились. Торговка исчезла так же стремительно, как и появилась, иначе именно ей пришлось бы щеголять с подбитым глазом. «С пылу, с жару» пирожки были в лучшем случае позавчера.
— Вал, у тебя что, крыша поехала? Лён великолепный стрелок. Вполне естественно, он хочет попытать счастья. Я тоже.
— Ты участвуешь? — удивление Вала не имело границ. — Да ты хоть лук в руках держать умеешь?!
— Боевой — нет, — честно призналась я. — Ничего, так даже интереснее. Посмотрим, что скажет Лён, когда я окажусь по другую сторону черты.
— Ну, тогда я в команде, — повеселел тролль. — Прикроешь меня, если что. А вообще поосторожней с ним. Это тебе не человек.
— Знаю.
— Не знаешь. Поверь мне, цыпа, уж я-то в вампирах разбираюсь. Лён — машина уничтожения, совершенная и безжалостная. Видал я этого вампирюгу в деле, натаскали его знатно — одинаково хорошо рубится обеими руками, навскидку стреляет из лука и арбалета, способен ребром ладони перерубить закаленный меч или голой рукой вырвать сердце прямо через кольчугу. И если он рассвирепеет, то, как говорят селяне в восточных землях, «трымай порты, ховайся у бульбу», пока башка цела. Ты не хихикай, а слушай спеца. Потом не до веселья будет.
— Чтобы Лён да рассвирепел? — хохотнула я. — Я две недели пыталась вывести его из терпения, но тщетно. Да скорее легендарный старминский отшельник посетит «Ретивого бычка»!
— Долгое воздержание — благодатная почва для греха. Я бы на твоём месте обзавелся парочкой амулетов. На всякий случай. А какой отшельник? В ските над речкой, рядом с женским монастырём? А я-то всё думал, что ж он там по ночам роет и ведрами землю с обрыва высыпает…
— Какие амулеты? Я магичка!
— Расскажи это своей кобыле. Беловолосые неуязвимы для прямого магического удара. Амулетики понадежней будут, да и то не гарантия. А Лёна я уже не один год знаю. Упрямый, как вагурц. Его даже невеста приструнить не смогла.
— Невеста? — я с трудом удержалась на ногах. — У него есть невеста?!
— Потом, — Вал шарахнулся в сторону и торопливо затесался в толпе.
— Ну, вот и я, — Лён выглядел великолепно. Новая кожаная куртка с заклепками сидела на нём элегантнее, чем на выставочном манекене. Тёмно-коричневые брюки из мягкой оленьей кожи плотно облегали узкие бедра. Красивое мужественное лицо и рукоять меча, висевшего за спиной, воскрешали в памяти образы эпических героев. Мне было даже неловко стоять с ним рядом, ибо это место по праву принадлежало ослепительной блондинке с ногами от ушей и фигурой дриады. — Ты прекрасно выглядишь, дриада тебе и в подметки не годится… ха-ха, да ты никак пополнила ряды моих конкурентов?
— Лён! Ты опять за старое? Не смей больше так делать!
— Вольха, ты не понимаешь, чего просишь, — укоризненно и вместе с тем жалобно сказал он. — Я не прилагаю никаких усилий для чтения мыслей, для меня это так же естественно, как видеть и слышать. Я не могу слушать — и не слышать, видеть — и не замечать.
— Мог хотя бы притвориться, что не замечаешь.
— В большинстве случаев я именно так и поступаю, — парировал он, предлагая мне руку. Этот жест настолько меня ошеломил, что я затравленно оглянулась по сторонам. Влюблённых парочек на рынок стеклось великое множество, так что я более-менее представляла, как выглядит конструкция из двух человек, которую мне предлагалось довершить. Однако я ещё ни разу не ходила под руку с вампиром, и меня глодало смутное подозрение, что ничем хорошим это не закончится.
Пока я думала, а Лён терпеливо и серьёзно ждал, нашёлся ещё один претендент на моё приятное общество.
