Перед глазами отчетливо нарисовалась старая газетная статья. Наследный принц, прогуливаясь со свитой по саду, нашел лягушку. И шутливо поклялся жениться, если она превратится в красавицу. А она взяла и превратилась. Что тут началось… Принц в шоке, дворец гудит, как гнездо диких пчел, в которое палку засунули. А Денниз из-за каждого угла выпрыгивает – в лягушку превращается и обратно. Напоминает, значит. Не знаю, как об этом узнали газетчики, но скандал вышел знатный. С одной стороны, слово дано, да не простое, а почти королевское. И неважно, что лягушка вовсе не лягушкой оказалась, а впервые обернувшимся метаморфом. Поклялся? При свидетелях? Исполняй, что обещал! Но с другой стороны… Жениться наследнику престола на дочери старшего конюха, когда вокруг столько юных леди с родословной, как у кобыл из королевской конюшни? Да это же оскорбление всех именитых-родовитых!
В общем, принцу быстро объяснили, что лучше забрать слово обратно. И сослали шутника в отдаленный замок, пока шум не утихнет.
– Простите, – я подняла веер, вручила Денниз и поправила, раскрывая и прикрывая: – Вот так лучше. Ни пуха вам, ни кваканья! На будущее: прыгайте мимо чужих вещей, хорошо? А то мало ли, вдруг бородавками обрастете?
Обогнув ее, я бросилась к своему столу. Фрэнсис смотрела на меня зверем, она отлично поняла, к кому я собиралась прорваться. Охрана уже навела порядок.
– Итак, леди и лорды, дамы и господа, ваше следующее задание… – леди Инира улыбнулась, оставшиеся конкурсанты дружно напряглись, – бант на шею. Завтра я выберу… – улыбка эльфийки стала шире, – двадцать пять лучших.
Над столами конкурсантов пронесся вздох.
– Условия те же! – добила леди. – Благодарю вас за чудесные накидки! Оставьте их на столах, слуги потом унесут. Обед подадут сюда через полчаса. Ждите.
И хозяйка поместья покинула беседку вместе со стайкой дам. Как только они скрылись из виду, я быстро сняла кокон с накидки и, сунув его под мышку, выбежала следом.
Какой там обед, когда советник так близко!
– В допросную? – спросил Ассандр, догнав Аранхорда.
– Сами справитесь, не маленькие, – буркнул тот. – Не велика птица попалась.
Не велика… За сутки, что длился отбор, удалось поймать несколько человек. И это были отличные, элитные наемники. Вот только «корни» от них тянулись неинтересные: сплошь завистники и придворные интриганы. А значит, придется им с Аранхордом и дальше прилюдно цапаться, извращаясь в острословии, пока их сети ловят рыбку покрупнее.
При дворе все считали, что советник и племянник его жены терпеть не могут друг друга. Так и было. Сначала.
О том, что Венетия скоропостижно выходит замуж, Сандр узнал из газет. Он тут же отпросился со службы и, добравшись поздней ночью до дома, застукал счастливую невесту в совершенно неожиданном виде. Мало того что зареванную, так еще и полностью экипированную для побега.
«Не вздумай меня останавливать! – сжав кулачки, она шагнула к нему. – Иначе… Лучше в омут, чем с таким… с таким…» И, уткнувшись носом в его грудь, разрыдалась. Сказать, что Сандр был поражен – ничего не сказать. Никогда в жизни он не видел, чтобы смешливая и смелая Вети плакала. Да еще как плакала: горько, отчаянно, захлебываясь слезами. В промежутках между всхлипами удалось разобрать, что жених – подлый гад и обманщик, женится только из-за спорных земель, большого приданого и дурацкой политики, а она ему не нужна. У него вообще куча любовниц, и одну из них он нагло привез с собой. «Да-да, Иви ее своими глазами видела!» К легковерным дурочкам Вети не относилась, а потому услышанного хватило, чтобы Сандр мгновенно возненавидел надменного лорда. И не только не стал отговаривать, но и сам поехал вместе с ней.
Их поймали на рассвете. Вернули и заперли в разных комнатах. Под охраной. Сандра – «чтобы остыл». Венетию – мерить новое платье, сшитое взамен изрезанного.
Свадьбу сыграли через день в очень узком кругу: мрачный жених, строптивая невеста, несколько родственников с обеих сторон и короли (куда же без них). Гости делали вид, что им ужасно весело, и поздравляли молодоженов. Поздравил и Сандр. «Венетия, – сказал, – желаю тебе поскорее остаться вдовой!» Ему бы, дураку, еще тогда задуматься, отчего же так побледнела Вети при этих словах. Но…
Скандал был шикарным. Благодарный муж едва не придушил племянника жены. Правда, в газеты ничего не просочилось. Газетам обеих стран высочайшими указами было приказано заткнуться. После свадьбы Аранхорд сразу увез Венетию. С ними укатила Иви. Та самая Иви, что «своими глазами видела», а еще «переживала и сочувствовала бедненькой Вети». Видимо, затем укатила, чтобы и дальше видеть, переживать и сочувствовать.
Ассандр с тех пор держался с дедом и бабушкой холодно. Зато исправно портил жизнь советнику. Где бы они ни встретились, воздух начинал искрить от напряжения.
А через год пришло письмо: «Я выгнала Иви. О, боги, как я могла быть такой идиоткой?! Она просто хотела любым способом заполучить Аранхорда. И не отступилась даже тогда, когда он стал моим мужем».
