Я присмотрелся. Гражданскую модель советского концентратора до тех пор мне видеть не приходилось — не считать же за таковые совершенно одинаковые жезлы, напоказ демонстрируемые и применяемые советскими чиновниками и офицерами?
Устройство оказалось выполненным с выдумкой: вместо ожидаемого, этакого толстенького карандаша, только без грифеля и стирательной резинки, моим глазам предстала модная в этом сезоне в Европе модель «хвост дракона» — спираль, обвивающая основу, очень на этот самый хвост похожая. Более того, мне было известно и о том, что заметные чешуйки, покрывающие «спираль», на самом деле, носят утилитарный характер — каждая из них предназначена для нанесения особой руны, и, по таковому нанесению, начинает почти незаметно светиться.
Если судить по тому, как сверкал концентратор моей переводчицы в эфирном зрении, чешуйки оказались задействованы все: передо мной был не модный аксессуар, но инструмент, универсальный и мощный.
- Скажите, Анна, - решил, все же, поинтересоваться я. - У нас, на западе, принято считать, что советские граждане в быту пользуются только отечественными изделиями, у Вас же я вижу…
- Советское — значит, лучшее! - немедленно отреагировала вопрошаемая. - Что именно Вы у меня увидели, профессор?
- Жезл. Ну, концентратор, - пояснил я. - Очень, очень модная на севере Атлантики модель, стоит баснословных денег — лично я отступился, увидев цену в пять тысяч еврофунтов…
- Эта модная модель, - улыбнулась Анна, - продается у нас не на каждом, конечно, углу, но в специализированных магазинах. Всего-то и требуется, что партийный стаж не менее двух лет — чтобы мощный инструмент не попал в руки подростков и совсем уж детей.
- Мне даже интересно стало, - я, как смог, изогнул бровь. - Кто у кого скопировал, наши у ваших или наоборот?
- Профессор, когда окажетесь дома, пойдите в ближайший магазин маготроники, и посмотрите на пяточку любой из упомянутых модных новинок. Если внимательно вчитаться — например, у Вас просто хорошее зрение или найдется увеличительное стекло — Вы наверняка прочитаете нечто вроде «17 рублей 42 копейки. Сделано в СССР».
Тем временем, кончик жезла, направленный на раскрытую страницу паспорта, блеснул зеленым.
- Я отлично вижу, а значит, увидит и официант, - принялась пояснять свои действия Анна Стогова, что Вы — профессор, преподаватель учебного заведения, заведующий кафедрой, имеете срочный контракт с Советским Государством, то есть — занимаете одиннадцатый социальный ранг. В табели научной службы выше Вас находятся только обладатели высшего, двенадцатого, ранга, действительные члены академии наук СССР.
- Ого, - обрадовался я. - Высокий уровень, большая честь, серьезное доверие!
- Вам обязаны предоставить, - девушка будто не обратила внимания на то, что я ее перебил, явно цитируя нечто вроде служебной инструкции, - три приема пищи в сутки в ресторанах не ниже второго государственного или первого коммерческого рангов, а также неограниченное количество таких приемов в любом кафе третьего ранга и ниже. Все это, разумеется, безо всякой оплаты.
Анна поместила жезл обратно туда, где он находился — этот момент я снова упустил — и сделала приглашающий жест. - Прошу Вас, профессор, проследовать за мной, - девушка вновь перешла на архаичный британский, - по направлению к ближайшему ресторану!
Во все время разговора мы стояли на месте: благо, нас можно было легко обойти, и потому профессор со спутницей никому особенно не мешали. Теперь же настала пора устремиться к цели.
Я двинулся следом за переводчицей. Багаж мой левитировал рядом — при этом я совершенно не ощущал расхода эфирных сил: очевидно, удобное транспортное заклятье было завязано или на саму товарища Стогову, или на какой-нибудь накопитель.
- Анна, один момент, если позволите, - уточнил я прямо на ходу. - У меня, видите ли, очень своеобразная диета. Мне совсем нельзя хлеб, и ем я, в основном, рыбу. Это принципиально, поскольку связано с требованиями медиков. Найдется ли в местном меню что-то такое, чтобы с рыбой, но без муки?
- Профессор, мы с Вами в Архангельске, - ответила девушка Анна Стогова, даже не сбавив шага. - Как и везде в Союзе, хлеб здесь ценят, уважают и постоянно едят, но Вас это делать заставлять никто и не подумает. Что же до рыбы, то места эти, как Вы могли заметить, относятся к советскому северу. Тут море, и его много, а значит…
- Значит, - перебил я понимающе, - и рыба должна быть буквально на каждом шагу.
Мне сразу показалось, что девушка Анна Стогова должна прекрасно владеть новобританским — так оно и вышло.
