- Ба! Целый магистр! Да еще точных наук… - коммандер посмотрел мне в глаза весело и ехидно. - Физика ведь точная наука?
- Точнее некуда, - вынуждено согласился я. Хамить этому веселому дядьке резко расхотелось: он не заслужил, я оказался не в силах. - Отличник, кстати.
- Люблю, когда все ясно! - еще больше обрадовался офицер. - Кстати, Торвальдссон. Коммандер Торвальдссон. Присаживайтесь, юноша!
Звание собеседника я уже разглядел на погонах, фамилию — на нагрудном неймтейпе, но дружелюбный жест оценил.
- Дипломант точных наук с гарантией понимает в математике, - заговорил офицер будто бы сам с собой: видно было, впрочем, что опыта в этом сложном деле ему, коммандеру, не занимать. - Магистр… Это, на флотские деньги, лейтенант, но, так как ты человек насквозь штатский, положено на звание ниже… Суб-лейтенант. И, раз математик, значит — радист! - И, будто немного в сторону: - За три месяца как раз научишься отличать антенну от фидера… - И, снова ко мне: - На сушу или на корабль?
- Конечно, на корабль! - я принял как можно более бравый, в своем тогдашнем понимании, вид, и добавил на всякий случай: - коммандер Торвальдссон, сэр!
Войны, кстати, не случилось.
Служба сама по себе на таковую походила мало: только и радости, что шастать по секретным флотским делам, обрядившись в тужурку офицера королевского флота, да иметь законный повод отлынивать от унылой фермерской тяготы, вовсе не появляясь среди родни: вдруг война, а я уставший?
На корабль меня пытались пристроить несколько раз.
Первый корабль был канонерская лодка «Тор». Тот самый наследник славы могучего аса, что много лет назад, во время знаменитых войн-за-треску, забодал британский фрегат, втрое превосходивший бравый, но маленький, кораблик, размерами.
Канонерская лодка давно не ходила в боевые патрули: отстаивалась у стенки, служила учебным пособием для таких вот офицеров-на-три-месяца, как ваш покорный слуга.
Вакансия соответствующего офицера была свободна, я эту вакансию занял, и ровно в тот же день старичка Тора окончательно вывели из состава флота, взяли на буксир и потащили на юго-восток: где-то там строился военно-морской музей Исландии, Дании и, куда уж без нее, Норвегии.
На следующем корабле, уже вполне боевом, но совсем маленьком, просто не оказалось вакансии для офицера моего звания: и плевать всем было на то, что офицер из меня, покамест, аховый: флот есть порядок, и порядок должен блюстись!
В общем, никакой военно-морской службы за три месяца — обязательные для каждого мужчины королевства — не получилось, ну, кроме береговой и условной, конечно.
Однако, бравая строчка в биографии меня устраивала и сама по себе: еще довольно долгое время заинтересованным девушкам я представлялся не иначе, как «Амлетссон. Суб-лейтенант Королевского флота в отставке».
- Знаете, Анна, - ответил я. - Господин Амлетссон не всегда был профессором. Более того, детство и юность свои он провел на прибрежной северной ферме…
- Еще означенный профессор, - влез нежданно товарищ инженер, - приходится прямым потомком морским разбойникам, наводившим ужас на всю Европу и часть Америки!
- А также — мирным, но предприимчивым людям народа, в котором каждый мужчина — рыбак, - подхватил я, почти даже и не перебив вынужденного коллегу. - Ergo: меня не укачивает.
- Тем лучше! - обрадовалась сначала переводчица и проводник, теперь же — еще и шофер и, скорее всего, офицер политической полиции. - Мы, кстати, приехали.
Снова бросили эсомобиль где попало, чудо техники и в этот раз уехало совершенно самостоятельно. Положительно, я начал уже привыкать: если чудеса случаются постоянно, в режиме нон-стоп, даже самое что-то удивительное начинаешь воспринимать как обыденность.
Надо признать: несмотря на то, что все эти эфирно-технические радости худо-бедно доступны и жителям Атлантики, в наших краях подобные новинки проходят, скорее, по разряду технических курьезов — повсеместное их применение признано слишком затратным, и потому лишенным смысла. Советским же людям будто и вовсе нет дела до такого параметра, как цена!
Очередная бетонно-стеклянная коробка меня не особенно и удивила, что внешне, что изнутри. Мы просто прошли вглубь здания, ступая по симпатичным терракотовым плиткам пола, просто подошли к стойке и просто прошли регистрацию на рейс. Вернее, прошла-то девушка Анна Стогова, но за нас всех — мне, как иностранцу, было несподручно, инженер же ловко притворился, что увлечен беседой.
Сдали багаж, получили талоны, направились на пассажирский причал.
- Локи, - беседу-не-беседу, а хотя бы и видимость таковой, поддерживать было прилично и правильно, поэтому инженер на ходу выдумал новый повод для продолжения разговора. - Просветите меня: правду ли говорят о том, что в Ирландии совсем нет частной авиации?
Напрягся спиной и хвостом. Тема полетов все еще меня всерьез беспокоила, и мне показалось вдруг, что товарищ Хьюстон отлично это понимает и специально пытается поддеть собеседника в моем лице.
