Профессорятник полностью

Лично у автора на вооружении был один «секретный» метод, по которому с высокой степенью надежности удавалось определить степень усердия студентов, как на ближней, так и на дальней полевой практиках. Если кто из них приобретал хороший бронзовый загар, то ничего крамольного в этом, разумеется, не было. «Крамола» усматривалась лишь в том случае, если загар равномерно распространялся и на подбородок— с очень высокой степенью вероятности это означало, что перед вами лентяй, «пузочес», много загоравший в лежачем положении и практически не принимавший участия ни в сборе материала по заданной теме, ни в написании отчета.

Вспоминается одна, крайне неприглядная, хотя по своему забавная история, происшедшая с группой студентов на так называемой ближней учебной практике в Тверской области. Ребята были распределены по совхозам и сельсоветам Осташковского района и получили конкретные задания, связанные с выполнением комплексной природной, экономической и социальной характеристики одного из них. Четверо юношей уж так убедительно излагали свою просьбу отправить их в один из отдаленных сельсоветов, что отказать им было просто невозможно. Главное ведь в нашем деле — мотивация!

Спустя несколько дней, связавшись по телефону с председателем сельсовета автор, руководитель практики, был немало удивлен, так как объявившиеся в деревне «пацаны» (в белых брюках и с гитарой!) заявили жителям, что они приехали сюда на отдых, и их более ничего особенно не интересует. Поселившись в старой заброшенной избе, они наладили интенсивные торговые связи с соседями, закупая у них молоко, яйца и, как выяснилось позже — самогон. (Соседи, правда, жаловались на пропажу двух курей и кролика, но доказать причастность «курортников» к мародерству так и не удалось, хотя догадка выглядела вполне правдоподобной!). Недовольство председателя выражалось лишь в том, что отдыхающие вели себя в деревне слишком уж шумно, и, главное, приставали к местным девушкам с непристойными предложениями, что грозило перейти в открытый и непредсказуемый конфликт с местными «парубками»-трактористами.

Дело не терпело отлагательства. Пришлось взять такси и в авральном режиме навестить группу студентов-практикантов, которых, кстати, в избе на тот час не оказалось. Представшая взору картина повергла в ужас. Грязь в избе была такая, что хотелось надеть калоши, дикий кавардак (по «научному» — «гигасрач») дополняли стол с объедками пищи, пустыми бутылками из-под самогона, давно немытыми чашками и стаканами, разбросанные грязные носки... Деревянные стены были увешаны реквизированными комиксами и листовками мерзкого содержания, наиболее приличные из которых: «.водка паленая, тоска зеленая», «подайте бабло на бухло», «жизнь прекрасна и удивительна, если выпить предварительно», «изменить это серое утро может только одна «Камасутра» и т. д. Впрочем, сбоку висел даже пристойный афоризм: «от знаний еще никто не умирал, но рисковать все равно не стоит». Но главный «сюрприз» лежал рядом на столе — это был, каким-то образом, выкраденный на кафедре отчет по комплексной характеристике именно данного сельсовета, выполненный студентами-предшественниками пару лет назад. Так вот где была «собака зарыта», вот что стало «залогом» буйной дури «курортников» в белых штанах!

Руководителю практики ничего не оставалось, как тайно конфисковать добытый крамольным путем отчет и отправиться на том же такси в г. Осташков. Последствия этой истории оказались вполне ожидаемы: один студент из этой референтной группы по совокупности своих грехов был отчислен из института, а три другие, раскаявшиеся, были «промурыжены» еще год, после чего, кажется, сумели получить-таки дипломы о высшем образовании.

Было время — студенты-географы (конечно, лишь счастливцы, те, которые отличники и активисты) Герценовского института проводили свою летнюю полевую практику в Венгрии, наслаждаясь пребыванием на сытом «заднем дворе» Западной Европы. Контраст в уровне жизни «их» и «нас» был очень заметен, поэтому меркантильных интересов особенно никто не скрывал. К поездке «за рубеж» студенты готовились весь год, экономили, копя и клянча у родителей «тугрики» с тем, чтобы не только своими глазами увидеть одну из «витрин» социализма, но и заодно порадовать себя и своих близких обновками по части галантереи, бижутерии, аксессуаров, да и мало ли чем.