Он минуту смотрел, как она стоит и смотрит на него. Ее темный силуэт подсвечивался сзади светом из гостиной. Ричард с ужасом подумал, что ее лицо, искаженное изнеможением и горем, будет преследовать его до конца жизни и чувство вины навсегда останется в его сердце.
Он с облегчением услышал нежный голос Фелисити:
— А, это ты, Линн? Заходи, дорогая.
Ричард завел машину. Фелисити знает, как утешить и убаюкать любимую племянницу. Он еще раз поблагодарил небо, что Линн была сейчас именно с ней.
— Ты совсем одна?
— Да. Линн уехала с Гордоном Мейсфилдом, но скоро должна вернуться. Ему надо успеть в город к ужину. У него какая-то семейная встреча. Он должен обязательно там быть.
Ричард улыбнулся:
— Что ж, я очень рад, что могу побыть с тобой наедине.
— Как ты кстати! Налей себе чего-нибудь выпить, да и мне тоже.
Было воскресенье, Пасха, и Ричард пришел к ужину. Фелисити дожидалась сегодняшнего утра, чтобы пригласить его. Вернувшись домой в пятницу вечером, Линн заявила, что, несмотря ни на что, не хочет, чтобы Ричард обходил стороной «Грин Гейблз» только потому, что она здесь.
— Как она? — спросил Ричард, подавая бокал и садясь на диван рядом с ней.
Фелисити не торопилась отвечать. Она просто не знала, что сказать. После встречи с Ричардом в пятницу, Линн находилась над грани безумного отчаяния и какого-то лихорадочного неестественного веселья, которое, видимо, было призвано показать Фелисити, что Линн дела нет до того, что Ричард ее не любит и не хочет жениться.
Но Фелисити не обмануло показное благополучие. Линн страдала невыносимо. Сострадание Фелисити только усиливалось, когда она видела, как бедная девочка трогательно пыталась делать веселый вид.
— Боюсь, она очень страдает.
Ричард вздохнул:
— Я так и думал.
— В молодости безответная любовь приносит много горя.
— Ну, я бы сказал, не только в молодости.
— Как ты прав!
Ричард быстро взглянул на нее:
— Не забывай, мне тоже известно это чувство. — Он закурил сигарету. — Однако, дорогая, не могу поверить, чтобы ты от этого страдала.
— У меня такое ощущение, что это именно так.
— С чего ты взяла? Что-то еще случилось?
— Да нет, в общем-то. — Она не желала делиться с Ричардом своими многочисленными страхами и беспокойством. Особенно теперь, когда выяснилось, что Ричард ее любит.
Фелисити очень переживала из-за его признания, особенно после того, как Линн узнала, что ее мечта о любви Ричарда разбита вдребезги. Вчера вечером, когда она заглянула в комнату Линн узнать, все ли в порядке и не нужно ли ей чего-нибудь, Линн вдруг сказала:
— А ты знаешь, мне только что пришло в голову — вдруг Ричард любит кого-то еще, например замужнюю женщину, которая ему недоступна?
Пришлось сказать, что ей ничего не известно. Неприятно было лгать, но она чувствовала, что другого выхода нет.
Линн откинулась на подушки, осунувшаяся и несчастная.
— Я просто подумала, раз вы с ним такие хорошие друзья, может быть, он тебе говорил. Конечно, это ничего не меняет. Даже не знаю, стало бы мне от этого легче или нет. — Ее голос дрогнул. — Нет, лучше ничего не знать. Мне было бы еще тяжелее.
— Мне так неприятно думать, что я уеду в Канаду и оставлю тебя здесь такой несчастной.
— Со мной все будет хорошо. Я же тебе говорила — в любом браке бывают сложные периоды.
Он вдруг вспомнил, как вчера вечером Линн сказала, что ее мать утверждает, будто у Фелисити с Клайвом ухудшились отношения. Он удивился, что вся семья уже в курсе. Он-то думал, что Фелисити будет до последнего скрывать это от них. Все указывало на то, что положение очень серьезное.
— А когда Клайв возвращается?
— Во вторник.
Раздался звонок, и Фелисити вскочила:
— Пойду возьму трубку. У миссис Найт сегодня выходной.
Она вышла в прихожую. Незнакомый женский голос спросил, можно ли поговорить с миссис Фентон.
— Слушаю.
— Простите, что беспокою вас. Я миссис Кларк, сестра Маргарет Диэринг. Я так понимаю, что она уехала в Ирландию. По-моему, они там с вашим мужем. — Потом быстро, словно решив, что ее слова могут быть неверно истолкованы, прибавила: — Маргарет говорила, что они поехали осматривать замок, который будет реставрировать их фирма.
Это «их фирма» больно резануло слух. Видимо, Маргарет привыкла держать в курсе своих передвижений всю родню.
— Да, верно.
— Она оставила мне свой адрес, но я его куда-то задевала и не могу найти. Поэтому и звоню вам. Она оставила у меня своего сына, его увезли в больницу с приступом аппендицита. Я хочу позвонить ей и сказать, чтобы она как можно скорее возвращалась.
— О, мне очень жаль. Это так ужасно. Адрес: отель «Боллинахинч», графство Голвей.
— Огромное вам спасибо. Еще раз прошу извинить за беспокойство.
