Доменика как-то раз вскользь упомянула о ежедневном рационе воспитанников Неаполитанской Консерватории, состоявшем в основном из супа с зеленью и мелкой пастой на воде. И всё. Даже я, махровый вегетарианец, был в шоке, что подростки вынуждены питаться «травой» раз в сутки. Причём, насколько я понял, их группе ещё повезло. О юных «виртуозах» заботились больше, чем об остальных детях: обед для них подогревали и предоставляли на зиму дополнительные одеяла и тёплые шерстяные юбки (мальчишкам, ёлки-палки!), дабы те не простыли и не потеряли голоса. Простые же мальчишки-музыканты довольствовались холодным супом и тонким одеялом. Выживали не все. Джакомино невольно напомнил мне об одном жутком случае, о котором несколько дней назад рассказывала Доменика:
— Элиджо всегда был слаб здоровьем, и мы с Алессандро всячески помогали ему. То хлебом поделимся, несмотря на запреты, то чем-либо из одежды. Увы, в ту холодную зиму мы не смогли его спасти.
Мальчик-скрипач умер прямо у неё на руках. Бедняга простудился, а истощённый организм уже не мог сопротивляться.
— На следующий день я вместе с другими мальчиками-«виртуозами» участвовала в отпевании маленького музыканта. Нас нарядили ангелочками, и мы с пением должны были возложить венок. Мальчики плакали, а я мысленно пообещала быть сильной и выполнить свой долг — утешить тех, кто остался.
Зная, что ждёт воспитанника маркизы, я решил подсластить ему пилюлю.
— Что ж, милостивая госпожа, а вот синьор Фосфоринелли просто обожает шпинат. И я готов бросить вам вызов, синьор Джакомино, — с этими словами я взял у неё из рук ветку ненавистной для Джакомо зелени и с наслаждением запихнул себе в рот.
— Ну синьор, вы даёте! — воскликнул Джакомо. — Вызов принят!
Всю последующую ночь мы провели в пути. Кучер, понятное дело, клевал носом, поэтому я вызвался забраться на козлы и развлекать «личного водителя» маркизы пением. Что, однако, у меня не получилось: тряска оказалась ещё хуже, чем в самолёте при попадании в зону турбулентности. При наезде на каждую кочку я подпрыгивал на месте сантиметров наверное на десять. Клянусь, не будь я кастратом, точно отбил бы себе всё жизненно важное на таком экстремальном виде транспорта. Не знаю, как бедняга кучер приспособился к таким ужасным условиям работы, возможно, он проходил специальную подготовку. В итоге, вместо того, чтобы смотреть на дорогу и управлять лошадьми, кучер с местными матюгами из последних сил пытался удерживать меня на сидении. В конце концов, с козел я чуть не слетел и вынужден был вернуться обратно в «салон».
На следующий день нашего путешествия юный «виртуоз» совсем измотался, заскучал и, не находя себе подходящего занятия, начал меня доводить:
— А вот я буду петь в опере главную партию, а ты вот не будешь! А вот я буду, а ты нет!
— Джакомино, перестань издеваться над синьором Фосфоринелли! — прикрикнула на него маркиза.
— Ну и что за главная партия, — вздохнул я. — Небось, опять какой-нибудь принцессы Пупырки*… — вдруг вырвалось у меня.
— Кого? Ха-ха-ха-ха! — Джакомо засмеялся в голос. — Принцесса Пупырка!
Видимо, ему понравилось это слово, поскольку повторил он его раз десять.
— Ну да, — отвечаю я. — Принцесса Пупырка (это слово я произнёс по-русски, так как не знал итальянского эквивалента), дочь короля Бугристой страны. Поведением очень напоминает вас, синьор. Столь же вспыльчива, капризна и делает что хочет. Её не мучают угрызения совести, но всё же, она способна к состраданию.
— Пупырка! — заливался Джакомо.
— Зачем вы это придумали? — раздраженно спросила маркиза. — Он ведь теперь будет повторять эту глупость вечно!
— Это не я, это из одной очень-преочень глупой сказки, которую я в детстве… В общем, которую мне рассказывал один старик.
— Расскажи! — потребовал мальчишка.
Пришлось мне пересказывать юному «виртуозу» полное содержание мультфильма «Время приключений».
— Расскажи ещё сказку! — требовал Джакомо.
И я начал:
— Жил-был на дне океана синьор Боб Квадратные штаны. Он и сам был квадратный, и штаны у него были квадратные. Работал Боб в… местном трактире, а домом ему служил огромный ананас…
Джакомо слушал с нескрываемым восторгом, а вот маркиза смотрела на меня как на сумасшедшего. Когда я закончил своё увлекательное повествование о «жителях дна морского», мальчишка потребовал ещё. Пришлось на ходу вспоминать и формулировать другие «сказки» по мотивам дурацких мультиков, пришедшихся по душе этому маленькому монстру.
— В некотором королевстве, на старой-престарой плотине жили-были два бобра, а при них — пень-строитель…
— Похоже, старик, который рассказывал вам эти сказки, крепко дружил с бутылкой, — усмехнулась маркиза.
Через несколько часов пересказ мультфильмов плавно перетёк в лекцию по комбинаторике. Когда я дошёл до задачи о раскладе n апельсинов по m ящикам мои попутчики уже мирно спали. Вскоре я последовал их примеру.
