— Адольфо Ратти, как сообщил кто-то из его знакомых, после изгнания из Капеллы устроился петь в церкви на окраине Рима, а Джустино Цанцара после Пасхи вынужден будет жениться на его сестре, которая носит под сердцем дитя от этого безалаберного фальцетиста.
— Флавио, — продолжил рассказ Карло, — лишившись сильных союзников, пока что приостановил свою вредительскую деятельность и полностью переключился на младшего брата. Теперь он вымещает злость на нём, всячески ругая парня и награждая подзатыльниками по всем поводам и без повода, а весь хор теперь защищает «маленького Микелино».
Что касается нашего совместного досуга, то здесь ситуация сложилась совсем не так, как я ожидал. Оказалось, что похожая игра существует во Флоренции аж с четырнадцатого века и носит название «кальчо» (по-итальянски — пинок), чего я, к величайшему своему стыду, не знал. Об этом мне рассказал маэстро Альджебри, когда я зашёл к ним домой вернуть учебники. Маэстро жил и работал во Флоренции несколько лет, там и познакомился с игрой и даже сам принимал участие.
— Кальчо известен с середины четырнадцатого века. Однако в текущем столетии начался медленный спад его популярности. А зря. Это весьма интересная игра, в которую я сам не прочь бы сыграть, тряхнуть стариной, так сказать, если бы не проблемы со здоровьем.
— Не могли бы вы подробнее рассказать? Каковы правила? Сколько игроков?
— Расскажу, что помню. Команда состоит из двадцати семи человек. Пятнадцать Innanzi, Corridori или, иными словами, нападающие, делятся на три группы по пятеро в каждой: левые, центральные и правые. Также в команде пятеро Sconciatori — полузащитников, четверо Datori Indietro — помощников защитников и трое защитников — Datori Innanzi. Команда преследует единственную цель — забить противнику в ворота максимальное количество мячей любым способом.
— Любым? — что-то я даже пожалел, что полез со своими идеями в жестокое почти средневековое общество.
— Да, мой мальчик. Но, судя по тому, что передавали о вашем поведении в Капелле, думаю, что вы будете к этому готовы.
— Что ж, надеюсь, меня не разорвут на клочки во время игры, — мрачно усмехнулся я.
— Я самолично буду следить за вашей игрой и не потерплю беспредела со стороны и по отношению к певцам.
— Маэстро, вы поможете нам с организацией? — осторожно спросил я. — Всё-таки, то, во что я играл у себя на Родине, несколько отличается от рассказанного вами.
— Разумеется. Когда вы планируете начать?
— Как только соберём команду. Карло предложил ребятам в Капелле, согласились всего четверо, включая Стефано. А вы говорите, в команде должно быть двадцать семь игроков. Где же мы столько наберём?
— Ребятам из театрального хора в свободное время делать нечего, возьмём их в команду. Остальных можете набрать из числа соседских мальчишек. Поверьте, им тоже нечем заняться в свободное от уроков и домашней рутины время.
— Может быть, не нужно столько народу? Мне знакома версия игры, в которой команда состоит не более, чем из одиннадцати игроков. Понимаете, ведь одно дело набрать, а совсем другое — обучить правилам. С меньшим количеством игроков это займёт меньше времени.
— Вы правы, Алессандро. Но тогда первоначальной расстановкой игроков на поле будете заниматься вы.
— Обещаю, маэстро, я справлюсь, — с воодушевлением я принял вызов.
Всего за полчаса мы с маэстро Альджебри набросали примерный алгоритм игры, чтобы проще было объяснять участникам, и я невольно представил себя разработчиком в геймдеве, проектирующем 3D-игру в паре с очень крутым сеньором. Вернусь домой, непременно запрограммирую на «юнити» флорентийский футбол.
Следующим этапом собрали две команды, по восемь человек в каждой. В основном это были хористы из двух театров, которые в свободное от постановок время подрабатывали кто где мог, а как правило — просто болтались по городу от нечего делать. Также в команду приняли нескольких левых парней. Это были сыновья местных ремесленников, которым тоже нужно было размять мышцы в промежутках между мелкими поручениями. Парни помогли скосить траву на поле, чтобы мне ничто не мешало сделать разметку.
Как только были собраны две немногочисленные команды, я, как главный инициатор, занялся распределением игроков. Так, Эдуардо и Умберто, сыну синьора Страччи, я предложил выступить в роли вратарей, поскольку у них, как у нормальных парней, скорость реакции выше, чем у «виртуозов». Оставшихся участников я поделил на две команды: в первой, помимо шестерых хористов-«виртуозов» из театра, были я, в качестве центрального форварда и, по совместительству, капитана, и Карло — правый защитник.
