Убедившись, в том, что помощь понадобилась не кому-то из членов их команды, Марина Витальевна немного успокоилась и, раскрыв свой саквояж, приступила к обследованию пациента. Когда она склонилась над искалеченным юношей, та из сестер-близнецов, которая была без малышей, дернувшись, попыталась вскочить со своего места, так что Андрей Викторович был вынужден цыкнуть на нее, призывая к порядку. Как ни удивительно, но жесты и мимика оказались понятливей языка, и девочка снова опустилась на землю, больше не пытаясь мешать осмотру.
- Жить будет, - сказала Марина Витальевна, поднявшись на ноги. - Шину на бедро, грудь потуже забинтовать, надеюсь, что ребра только треснули, а не сломаны. И постельный режим пополам с полным покоем, - она вынула из нагрудного кармана тонкую сигарету, удовольствие, которое позволяла себе не чаще двух раз в день, - А теперь, дорогие мои, докладывайте, как вы дошли до жизни такой, и что мы будем делать дальше с этими покалеченными аборигенами? Парень, даже со всей моей помощью, будет валяться на койке не меньше месяца. А у девчонок такой испуганный вид, будто они нас боятся больше, чем любого зверя.
И действительно, при виде странной женщины, которая, сначала небрежно, будто так оно и должно быть, извлекшей из пальцев язык огня, а потом начавшей пускать ртом и носом дым, близнецы пришли в состояние полного офигения.
- Марина, - спокойно сказал Антон Игоревич, - разве ты не понимаешь, что если мы их здесь оставим, то они умрут, включая, между прочим, и двух младенцев.
- Понимаю, - кивнула Марина Витальевна, выпуская изо та кольца дыма, - а ты, Антон, не обращай внимания, это у меня так, от нервов. И я тут с вами не совсем еще озверела, так, что не бойся. У меня даже мысли не было бросить их в опасности. Вопрос лишь в том, что эту троицу, мы, потеснившись, принять еще сможем. Но, ради бога, до конца нашего путешествия постарайтесь больше никого не подбирать. Я понимаю, что это исключительный случай, но все такие случаи, как правило, бывают исключительными. Когда вернемся на остров, нам сразу надо будет устроить вашим найденышам полную санобработку. Я понимаю, что местные еще не изобрели мыла, но девочки просто воняют, как два поросенка. К ним вообще невозможно близко подойти. Прежде чем допустить в кают-компанию, их надо постричь как можно короче, и тщательно вымыть с головы до пят, - Марина Витальевна топнула ногой, - И не спорь со мной, Антон, именно я отвечаю за ваше, а теперь, и за их здоровье.
- Марина, - ответил Антон Игоревич, под усмешки товарищей, - да ты просто ревнуешь!
- Да я!.. - задохнулась от возмущения Марина Витальевна, - К этим?!
- Да, именно к этим, - подтвердил Антон Игоревич, - посмотри, они все трое той же рыжей масти, что ты и я.
- Чумазой они масти, - уже остывая, Марина Игоревна подвела итог дискуссии, - Давайте, только сообразите, как будем тащить парня. Делать нам тут больше нечего. И теленка не забудьте прихватить - пойдет как их вступительный взнос в наш колхоз. Зря, что ли, человек уродовался.
С транспортировкой теленка все было просто - связали попарно копыта, мужики продернули меж них доисторическое копье, и вчетвером, включая Сергея-младшего, отволокли добычу на борт 'Отважного'.
Тащить тут было меньше ста метров - конкретный напряг был только, когда тушу поднимали на палубу. А вот раненого так не потащишь, и из копья, в единственном экземпляре, носилок не сделаешь. Но, как всегда, голь горазда на выдумки. И жертву охотничьего травматизма каменного века понесли на носилках, сделанных из брезента, снятого с тента над рабочим местом рулевого, и шестов, которыми обычно команда отталкивалась от берега в момент отчаливания.
На вопрос Марины Витальевны, не жалко ли ему тента и шестов, Сергей Петрович только рукой махнул, мол, ерунда, потом опять натянем, а если сломают - починим... Люди, мол, важнее вещей, ибо люди делают вещи, а не наоборот.
Последними, когда берег уже совсем опустел, пришла очередь сидящих на земле близнецов. С суровым и величественным видом Катя жестами показала девочкам, что они должны собрать свои разбросанные вещи, и следовать за ней. Не понадобилось никаких особых внушений - повинуясь Катиному жесту, близнецы подобрали с земли и закинули за спины два пищащих кулька из меха, взяли в руки сшитую из шкур торбу брата, а также огрызок шкуры на котором сидели и, склонив головы, побрели в сторону маленькой бухточки, в которой стоял 'Отважный'. На мгновение показалось, что на сходни их придется заталкивать силой, так они испугались этого тарахтящего мотором, никогда не виданного ранее сооружения. С другой стороны, любой музей в XXI веке отдал бы бешеные деньги за их немудреный каменно-костяной скарб и скромный прикид из сыромятных шкур.
