Были люди, которые хотели использовать заповедник как учебный участок для работы, например, над своей докторской диссертацией. Тропический научный центр получал небольшой доход от этого, поскольку они брали деньги за использование заповедника. Но денег было явно недостаточно, учитывая хотя бы ту сумму, которая требовалась для поддержания просек в порядке круглый год. И как только у нас появились туристы, нам потребовались тропы хорошего качества, нам требовались люди, присматривавшие за тем, что там делают туристы в лесу. И нельзя было забывать о расходах, необходимых для отслеживания сквоттеров и охотников, чье вторжение всегда было реальной опасностью. Защита природы в основном сводилась к затратам, без прямой финансовой выгоды. Поскольку мы расширили инфраструктуру для размещения администрации и студенческих групп, затрат было всегда больше, чем финансовых поступлений. Интерес международного сообщества к защите тропических лесов рос, и нам повезло стать лидерами в этой области, уже сделавшими серьезную заявку на будущее, чтобы получать помощь.
В наши края приезжало все больше людей, и мы начали взимать с них плату за походы по лесу. Именно тогда мы и наняли Оскара. Его задача заключалась в том, чтобы беседовать с людьми, рассказывать им о том, что мы делаем, и получать оплату. Вход стоил двадцать колонов, что тогда было равно приблизительно 2,5 долларам. Для иностранцев такие деньги были сущей мелочью, но и эта входная плата помогла нам заработать немного денег и узнать число посетителей. Оскар стоял на входе, смотрел за нашим террариумом для золотых жаб, патрулировал лес, следя за тем, нет ли там браконьеров, и все ли тихо.
Тропический научный центр попросил Роджера Моралеса, прожившего в наших краях уже больше года, поехать на полуостров Оса на юге Коста-Рики для создания того, что сегодня является национальным парком «Корковадо». Я был назначен временным администратором заповедника на последние месяцы трехлетнего периода, в течение которого он финансировался Всемирным фондом дикой природы. В Корковадо было не все так просто. Там надо было защитить землю от шахтеров, намеревавшихся добывать золото в тех краях. У помощника Роджера, фермера из Оса, возникли серьезные проблемы с шахтерами, потому что он передал информацию о землях в Тропический научный центр. В своей записке он рекомендовал приобрести земли именно в этом районе. Этот человек получил недвусмысленные угрозы, и тогда Тропический научный центр решил перевезти его сюда до тех пор, пока страсти не остынут. Он стал администратором у нас, а я занял пост главы отдела бдительности. Так получилось, что довольно быстро у него возникли проблемы и здесь. Он высказал какие-то угрозы в адрес тракториста, который трудился на участке пути в Пеньяс. Так что теперь беда пришла со стороны людей нашего района, и ему рекомендовали больше не появляться в Санта-Елене. Он ушел посреди ночи во избежание конфликта.
Итак, я стал администратором на полном окладе жалования. Каждый месяц я ездил в Сан-Хосе, чтобы получить зарплату для всех здешних сотрудников, поскольку в Санта-Елене еще не было банка. И я был по-прежнему вовлечен в закупки земель. На ранних этапах при покупке земли достаточно было перевезти документы о праве на владение сюда, в Монтеверде. Но вскоре эта практика изменилась, и от нас требовали, чтобы бумаги были подписаны в Сан-Хосе. Адвокатом Тропического научного центра тогда был Оскар Эррера. Его офис находился рядом с офисом центра, так что именно в нем совершались все сделки. Поездка в Сан-Хосе для местных жителей было не пустяшным мероприятием. Им приходилось оставаться там на ночь. А мы ведь говорим о людях, многие из которых никогда даже не бывали в маленьком городке Пунтаренас. Для большинства людей процесс передачи собственности был непростым мероприятием.
В то время я состоял членом правления в пяти разных местах: медицинской клинике, заповеднике, молочном заводе, квакерском собрании и кооперативе, который был магазином. Я также был членом ASCONA — природоохранной организации, состоящей из молодых биологов и студентов. Мы были обеспокоены вопросами сохранения лесов. К тому времени я продвигал идею, что, несмотря ни на что, если земля арендована, то она должна оставаться нетронутой ради будущего. Даже если такой подход не приносит никаких финансовых выгод для кого-либо напрямую, земля и природа должны сохраняться для следующих поколений.
