Через несколько минут, как я и ожидала, на кухню вошёл отец, непринуждённо насвистывающий какую-то весёлую мелодию. Похоже, сегодня он был в хорошем расположении духа, что было немного непривычно для меня, той, которая частенько видела отца в таком настроении, когда хочется метать молнии и ещё больше сгущать грозовые облака. Интересно, к чему бы это? Мы дружелюбно поприветствовали друг друга.
Я толком ничего не ела, но изредка поглядывала в небольшое окно. Мысли бессвязно текли в моём сознании, словно тягучий мёд, и от этого становилось только тяжелее. Чарли, наконец, перестал греметь посудой и сел за стол, составив мне компанию. Его безмятежное лицо заставило меня слегка улыбнуться.
- Что? - непонимающе посмотрел на меня Чарли.
- Просто сейчас ты выглядишь как ребёнок, которому подарили игрушку, о которой он долгое время мечтал, - воодушевлённо ответила я.
- Ну, почти, - признался он, заинтриговав меня своим односложным ответом ещё больше.
Уже в какой раз убеждаюсь в том, что у Свонов чувство стеснительности было в крови и, похоже, передавалось по наследству от одного поколения к другому.
- Так, что это?
- Ну, мы будем иметь участие в одном важном деле, которое отправило нам начальство.
- Вам поручили вести расследование? - с долей иронии обратилась я к нему.
Вот уж не думала, что отделению полиции Форкса поручат подобное дело, с которым, кстати, оно сталкивалось впервые.
- Не совсем. Наши полицейские будут помогать с этой задачей Сиэтловскому управлению, то есть, вести патрулирование на многих улицах в городе, общаться с людьми, которые, возможно, видели преступников или ещё что-то подобное, - с горящими от восторга глазами Чарли начал описывать примерный план поручившего им дела.
Я широко улыбалась от представленной мною картины и уже рисовала в своём воображении профиль отца, который идёт по горячим следам преступников, словно ищейка. Звучит, как название новой плохой манги, выпускаемой где-нибудь в Японии.
- Рада за тебя, пап, - с чувством проговорила я, окидывая его взглядом.
Хотя, сколько я проживала с отцом, столько знала его тягу ко всему экстремальному и рисковому. Прыжок с парашютом, сделанный когда-то в молодости, редкие походы в горы с друзьями. Даже обычная рыбалка, проводимая на берегу небольшой реки в компании нашего соседа, была своего рода занятием, испытывающим обоих на прочность. Именно поэтому после окончания учебных заведений, Чарли решил стать одним из тех людей, кто стоит на страже и защищает "свою территорию". И он поистине любил свою работу, поэтому частенько допоздна засиживался на своём рабочем месте, заполняя квартальные отчёты, и в целях соблюдения комендантского часа для подростков - объезжал по нескольку раз весь городок. Конечно, я с трудом мирилась с выбранной профессией отца из-за своего личного интереса в этом, в чём меня поддерживала и мама. Но для него это было, наверное, тем, что в своей жизни он однозначно сделал правильно.
До сих пор не понимаю, как две такие довольно разные личности, как мои мама и папа, смогли вообще заключить между собой какой-то союз. Они не имели общих черт в характере. Рене любила путешествовать без риска для своей жизни, оставаясь в глазах отца жалкой трусихой, а Чарли был немного замкнутым и сложным в общем понимании человеком. У них были одинаковые вкусы на такие вещи, как, например, музыка или книги. Хоть одна тема для разговоров, сближающая их. Но как бы люди не говорили те глупости о том, что противоположности притягиваются, это, к сожалению, всё же не относилось к моим родителям. Они развелись, когда мне было около десяти лет, и вскоре разорвали всякие контакты, которые существовали между ними всё это время. За восемь лет Чарли и Рене созванивались всего несколько раз, и то, чтобы поговорить о проблемах, касающихся исключительно их дочери, то есть - меня. Было обидно видеть их такими – жалкими и одинокими. Но как бы я ни старалась их вновь соединить, ничего не получалось.
- Как дела в школе, Белла? - вдруг спросил Чарли, выводя меня из кратковременного транса.
- Всё отлично, - автоматически отозвалась я, решив не наживать себе лишних проблем. Тем более, сейчас папа в хорошем настроении. Не буду портить ему день такими глупостями.
- Это хорошо. Что с учёбой?
- Ты же знаешь, всё как обычно, никаких кардинальных изменений нет. Гуманитарные науки остаются в том же стабильном положении, как и прежде; точные же - меняют своё местоположение, словно курс валюты на сегодняшний день. Ну а в спорте, кажется, мой результат чуть улучшился - я стала падать не так часто, как это было раньше. Хотя, такое явление всё равно не было настолько явным.
Мы вместе захохотали от сказанных мною слов.
- Больше ничего нового?
- Как видишь. Я слишком скучная и приземлённая, чтобы быть в эпицентре каких-то событий.
Он коротко кивнул в ответ, видимо, осознавая действительность моего положения в жестоком обществе, и перевёл взгляд на располагавшуюся рядом тумбу.
- Кстати, сегодня, буквально несколько часов назад, мне звонила Рене, - вздохнув, сказал отец.
- О чём же вы болтали?
