Воздух вокруг застыл, в нем не никакой влаги, казалось, будто молитвенная песнь смогла разогнать дождь, но она просто окрасила его в алый цвет. В воздухе гремели черные молнии, которые освещали землю и мое тщедушное тело, что застыло, не в силах сделать шаг в сторону. Земля под ногами стала казаться живой, разумной плотью, что двигалась в такт чьим-то одичалым движениям, пытаясь утопить меня в себе. Но куда хуже было слышать именно песню, что текла из проклятой башни, подобно тягучей слизи пробираясь к краю сознания, одолевая его, подчиняя себе. Казалось, что впервые в жизни, я ощущала подобную молитвенную силу, переполняющую мысли и овладевающей душу, которая прямо сейчас пронзает меня насквозь, пригвоздив к земле, беспомощно бросив на растерзание. Я не понимала слов, но их и не было, те текста, что текли сейчас подобно крови, не были осмысленным, я не знала, кому молился жрец, подобное... было хуже чем все, о чем мне рассказывала Аколит, никто из богов не желал слушать подобное, проклятое пение, что гноилось в своих эмоциях, настолько искренних, и от того ужасных, что подобное было попросту невозможно принять за прошение к какому-либо божеству. Это было древнее чем наши текста, это вызывало к чему-то, что погибло очень давно, еще до того, как мир озарился искрой человеческой мысли, к чему-то, что видело бескрайнюю тьму, и потому… та отчаянная, остервенелая в своей ненависти песнь, которая разливалась по деревне, казалась столь порочной, что мне было попросту больно. Вся моя сущность изнемогала от нее, свет в душе, который многие принимали за Их дар, обжигал, впитывался в тело, сковывал движение. В молитве не было фальши, она не скрывала свой истинный, темный облик, наслаждаясь тем кошмаром, безумием и проклятьем, что творила. Голос жреца, что исполнял ее, не мог измениться в своем одичалом пении, это был не человек, страждущий крови зверь. В словах не было мыслей, не было личности, только животная ярость, смешанная с такой отчетливой ненавистью, что поросший на зданиях мог истлел, обратившись пеплом, рассеянным диким ветром. Бушующим вокруг нас, поглощая в себе, словно ураган.
