– И еще, – внимательно посмотрела она на меня, а потом на лежащую без сознания девушку, – недавно она пила какое-то зелье. Не знаю какое, так как не маг, но при обследовании это было ясно видно.
«Зелье? – удивился я. – Что она могла пить?»
– Да, знаю, это для блока сознания, – как ее якобы жених, я должен знать такие вещи.
– Правда, а мне показалось, что зелье для физического воздействия, – удивилась женщина, но не стала настаивать на выяснении этого вопроса. А меня ее слова очень заинтересовали. – Что ж, я приду к концу недели. Если через два дня лихорадка не спадет, вызывайте. Руку я ей перебинтовала, но вы же понимаете, что лучше найти лекаря-мага. К сожалению, в нашем городе таких нет. Если оставить так, перелом будет заживать месяца два, и то, кость может неправильно срастись. Конечно, лекарь-маг – это большие траты, но зато она точно вылечится.
Деньги для меня не проблема. Хоть миллионы отдам, только бы она скорее поправилась.
Лана (Ола)
Открыв глаза, я почувствовала боль по всему телу. Осмотрела комнату, не понимая, где нахожусь, и увидела двух мужчин, которые полушепотом беседовали:
– Так просто они не хотят говорить, – сказал светловолосый, – полагаю, нужно предпринять жесткие меры. К сожалению, они оказались крепче, чем я думал.
– На следующем допросе буду присутствовать лично, – ответил второй.
– Кто вы? – хрипло спросила я.
Они услышали, и мужчина с темно-русыми волосами быстро подошел ко мне.
– Ола, ты очнулась! Как себя чувствуешь?
– Ола? – удивленно посмотрела я на него. – Простите, но вы кто?
Почему-то в душе стала нарастать тревога: что происходит и кто эти люди? Что им от меня нужно?
Мужчина удивленно промолчал и посмотрел на своего друга. Тот тоже подошел ко мне и спросил:
– Что ты помнишь последнее?
Я задумалась. От попыток хоть что-то вспомнить разболелась голова. Знаю, что я Лана, и знаю, кто мои родители. Помню, что выучилась в академии. Но вот что было последним событием, не могу вспомнить, будто туман в голове поднимается.
– Хорошо, – проговорил блондин, видя, что мои попытки бесплодны, – ты хоть помнишь, как тебя зовут?
– Да. Но что со мной случилось? – захотела привстать, но почувствовала резкую боль в правой руке, и тут же в голове всплыло воспоминание, как я быстро сбегаю по деревянной лестнице вниз.
– Тебе лучше меньше двигаться, – произнес мягко тот, который подошел ко мне первым, и поправил подушку. Его действия меня немного удивили: почему он так печется обо мне? Хотя рядом с ним почему-то стало спокойно.
– Можно я возьму тебя за руку? – попросила я его. Он удивился, но протянул ко мне свою ладонь, как только я ее взяла, на душе стало тепло. – Как мне к вам обращаться? – спросила я.
– Меня зовут Эмит, – произнес мужчина, который обо мне заботился. После того как он сказал свое имя, в голове будто что-то щелкнуло – определенно я его слышала раньше.
– Меня можешь звать Луман, – ответил второй, улыбаясь.
– А тебя как? – поинтересовался Эмит, щуря глаза, и почему-то говорить свое имя мне не захотелось.
– Разве вы не помните? Ведь вы наверняка знаете меня, – подозрительно покосилась я на мужчин. Что все-таки случилось? Почему я в таком плачевном состоянии?
Увидела свои распущенные волосы и изумилась – мои не такие: оттенок другой, и не настолько кудрявые.
– Что с моими волосами?! – в ужасе спросила я.
– А что с ними не так? – поинтересовался Эмит. – По-моему, они такие же, как и всегда.
– Ола, – начал Луман, и я поняла, что так они ко мне обращаются. Странное имя, но почему-то я спокойно на него отреагировала. – Два дня ты была в горячке и голова всего лишь грязная, помоешь, и волосы вновь будут как прежде, – его взгляд стал каким-то странным, будто он мне на что-то намекает, только вот я не могла понять, что он имеет в виду.
– Можно мне зеркало? – попросила.
Было какое-то тревожное предчувствие, что я выгляжу немного не так. Мою руку Эмит так и не отпустил, и за это я была ему благодарна.
– Вот смотри, – придержал небольшое зеркальце напротив меня Луман.
Увидев отражение, я вскрикнула:
– Это что, шутка такая? – и уставилась на свое лицо. Захотела другой рукой прикоснуться, и только когда дернула, ощутила сильную боль и вспомнила, что рука сломана.
От боли воспоминания вереницей стали всплывать в моей голове. Как только все стало на свои места, я поняла, что нужно выкручиваться из неловкой ситуации. Черт подери, как можно так вляпаться, почему я память потеряла?
Посмотрела на недоуменное лицо Эмита, который явно ждал продолжения моих слов.
– Просто слишком бледная, и черные круги под глазами сильные, – непринужденно ответила на его вопросительный взгляд. – А голову, действительно, стоит помыть.
А что дальше делать? Притвориться, что все еще не помню ничего, или сказать, что вспомнила?
– Донат уехал за лекарем-магом. Скоро вернется, и твою руку подлечат.
– Но в Ласоне нет таких лекарей, они только в соседних городах, – удивилась я.
– Ты вспомнила? – спросил Луман, и я кивнула.
