Эмит хмыкнул себе под нос. Я посмотрела на наши руки и так, типа, между прочим, раскрыла ладонь и прикоснулась к волосам. Якобы поправить их решила. По улыбке Эмита поняла, что он догадался, но благородно перевел тему:
– Ты, наверное, хочешь есть? – спросил.
Голода я не ощущала из-за небольшой тошноты и слабости.
– Нет, спасибо. Но почему я не в своей комнате, а тут? – спросила, осматривая спальню господина Элтона.
– Потому что так легче контролировать твое состояние, – тут же нашелся с ответом Эмит.
– Хорошо, а кто меня переодевал? – посмотрела на свою сорочку.
– Лекарша, – ответил Луман.
Пусть кушать мне не хотелось, но вот сходить в туалет – очень даже. Я осторожно привстала. Эмит, заметив это, протянул руки, страхуя меня:
– Зачем ты встаешь?
– Мне нужно, – застеснялась я.
Он нахмурился, осторожно взял мою правую руку и положил мне на живот. Рука болела даже при малом движение, но я терпела. После этого он просунул одну свою руку мне под ноги, а вторую под поясницу.
– Эмит, что ты делаешь? – удивленно произнесла я, после чего меня подняли.
В ванной комнате он осторожно поставил меня на ноги, но полностью не отпустил. Ванная у него, конечно же, лучше, чем моя – больше и выглядит новее.
– Я верну тебе деньги за то время, пока просто живу тут и не работаю, – осторожно подняла я важный вопрос. Знаю, что он может меня просто уволить и нанять другую служанку. Ведь частично это я виновата в том, что в их дом пробрались. Я взяла на воспитание Фаунда, хотя дом не мой.
– Что за глупости? – строго вопросил Эмит.
– Я виновна в том, что в ваш дом проникли. Знаю, что проблемы вам не нужны. Прошу не увольнять меня, я быстро поправлюсь и приступлю снова к работе, – объяснилась как можно спокойнее.
Темные глаза Эмита кажется потемнели еще в несколько раз.
– Что за глупости? – зло проговорил он.
Чем его не устраивает такой вариант? Ну, я смогу что-то поделать одной рукой, но не все. Или ему все-таки не нужна служанка-калека? Что же можно придумать? Мне нельзя пока покидать этот дом и нужно поговорить с Натали.
Мои размышления прервал грозный голос Эмита:
– Ола, ты будешь жить тут столько, сколько нужно. Можешь ты работать или нет – не важно. Да и вообще, пока ты полностью не вылечишься, ни о какой работе и речи не будет. И только попробуй заикнуться об оплате за проживание, ты очень сильно пожалеешь об этом. Давай быстрее выполняй свою нужду, и я тебя отнесу обратно в кровать, тебе прописан лежачий режим.
Я и слова вставить не успела, как Эмит вышел за дверь, только растерянно посмотрела ему вслед. Как-то неудобно, что я буду тут лежать и ничего не делать. И кто будет выполнять мою работу?
– Ола, у тебя две минуты, потом я захожу, – послышался голос Эмита за дверью, и я поспешила сделать свои дела.
С поврежденной рукой сесть на унитаз было трудно. Да и когда справляла нужду, почему-то было больно. Пока подходила к умывальнику, чтобы умыться, закружилась голова. Именно в этот момент вошел Эмит и сразу заметил, что мне стало плохо. Нет, вот нахал, зашел без стука. А вдруг я бы еще сидела на унитазе?
– Ты слишком долго на ногах, – осторожно поправил он мою правую руку и поднял меня. Я даже не сразу сообразила, что он мне сказал. Усталость окутала так плотно, что только и смогла положить голову на его плечо. – Потерпи, не засыпай. Тебе нужно хотя бы немного поесть и принять лекарства, – мягко произнес он, вынося из ванной. Его забота тронула мое сердце, в нем появилась огромная благодарность за его доброту.
– Спасибо, – шепотом произнесла я.
– Пожалуйста, Ола, – нежно ответил он.
В комнате больше никого не оказалось. Эмит разместил меня на кровати в полусидячем положении. После этого дверь открылась и в комнату вошел Луман с подносом в руках.
– Ола, – улыбаясь, сказал он, – твой завтрак.
Мне стало стыдно. Луману пришлось нести мне еду, будто я тут хозяйка, а не они. Завтраком оказался легкий бульон. Выглядел он очень красиво и пах приятно, только, посмотрев на него, я поняла, что есть совершенно не хочу, наоборот даже, к горлу подкатила тошнота.
– Ола, если ты не поешь, – увидев мое страдальческое выражение, произнес Луман, – то Дивела очень расстроится.
Левой рукой есть не очень удобно. Проглотив несколько ложек, я поняла, что все, предел.
– Все, не могу больше.
– Ола, ты поела очень мало, – нахмурился Эмит. – Хочешь, я тебя покормлю, если ты устала есть левой рукой?
Он что, издевается? Еще не хватало, чтобы меня с ложечки кормили. Ага, щаз! Видимо, он все прочел на моем лице:
– Если вдруг в дальнейшем я сломаю руку, ты откажешься кормить меня? – как-то расстроенно спросил он.
Не только я, но и Луман с удивлением посмотрел на Эмита: о каком таком «дальнейшем» идет речь? Он что, думает, я буду вечно работать у него служанкой? Но ответить все-таки пришлось:
– Если я буду в это время рядом, то так и быть, покормлю тебя.
Эмит захотел еще что-то сказать, но Луман успел раньше:
– Ола, а куда ты дела все бумаги из кабинета?
Я улыбнулась, мужчины с ожиданием смотрели на меня.
– На подоконнике стоит цветок, разбей его и найдешь все бумаги.
