– Ай-яй-яй, – с сарказмом сказал Луман, – придется испортить подарок дорогой Аоны.
– Не знаю, кто такая Аона, – произнесла я и зевнула, – но благодаря ей, я смогла сохранить важную для вас информацию.
Мужчины напряглись и хмурр посмотрели на меня. Я сразу поняла этот взгляд, поэтому добавила:
– Не бойтесь, в отличие от некоторых, – выразительно глянула на Лумана, – я чужие документы не читаю.
Ну, а то, что я прочитала, все равно ничего мне не дало.
После моих слов Луман засмеялся и вышел.
– Спасибо, – сказал Эмит. – За то, что не прочитала.
Теперь мне стало неудобно, видимо, им очень важно оставаться скрытыми.
– Вообще-то, я просто не имею права на подобные действия, – устало произнесла, глаза уже слипались, так хотелось спать.
– Ола, лекарства, – протянул мне стакан с жидкостью Эмит.
Я даже не почувствовала вкуса выпитого, как сразу уснула.
Эмит (Рианвель).
Ола уснула, слава Богам. После двух дней горячки она все-таки пришла в себя. Конечно, ее потеря памяти меня испугала. Лекарша не предупреждала, что такое может произойти.
Я встал, поправил одеяло, чтобы ей было теплее. За последние дни значительно похолодало. Вышел из комнаты, тихо прикрыв дверь, и сразу отправился в свой кабинет. Заходя в него, как раз увидел, что Луман поднимает бумаги из разбитого на полу горшка с цветком.
– Хм, она хорошо придумала, спрятав все документы в корнях, – произнес друг, – и бумаги остались в прекрасном состоянии.
– Ты должен узнать, кто она такая, – проигнорировал я его слова. – Хотя, ты и так знаешь, только говорить мне не хочешь.
Луман серьезно на меня взглянул, после чего вновь перевел взгляд на документы и непринужденно ответил:
– Если ты не хочешь испортить собственное будущее, то наберись терпения.
– Ты видел ее реакцию на саму себя, когда она потеряла память?! – рассердился я.
– Видел, Риан, ты, конечно, можешь мне приказать раскрыть ее тайну. И я, как твой телохранитель, выполню приказ. Но я еще и твой друг, и на этих правах советую тебе подождать. Поверь, если ты наберешься терпения, то потом скажешь мне еще спасибо.
Я задумался. Луман никогда не подводил меня, и я уверен в нем как в самом себе. Но, черт возьми, любопытство меня так и распирает.
– Как будущий правитель ты должен быть аккуратней с любопытством. Но согласен, когда это касается любимой девушки, сдержать его крайне трудно.
– Ты так говоришь, будто сам любил или любишь, – заметил я.
Луман моментально стал серьезным.
– Мне не позволено любить.
Эти глупые принципы телохранителей – отдать всю свою жизнь за сохранение своего хозяина.
– Луман, если ты решишь жениться, мне, конечно, будет жалко терять такого телохранителя, но я отпущу тебя и с радостью встречу, как члена правительственного совета.
– Не бойся, я не полюблю и не женюсь.
Пора было переводить тему:
– Дивела говорила, что нашла временную замену Оле, ты уже видел девушку?
– Да, и информацию о ней собрал. Она дочь подруги Дивелы. Двадцать лет, ни с какими конфликтами не была связана, обычная крестьянка с обычным детством. С завтрашнего дня приступит к работе. Что насчет Фаунда? Думаю, можно забрать его от Дивелы. Наверняка он скучает по Оле и еще может испугаться, что мы его бросили.
– Да, но пока ему тут будет опасно, ребенка могут выкрасть, – задумался я над проблемой. – Лучше навестить, сказать ему, что пока Ола болеет, но мы обязательно заберем его, когда она вылечиться. Он очень умный, поймет.
Пленники еще ничего путного не сказали, и на сегодня намечен допрос в более жесткой форме. Пока мы не решим, что делать с ними, Фаунд пусть побудет у Дивелы. Наемникам не следует знать, где он.
– Пока будет проходить допрос, обращаться ко мне только как к Эмиту, ничего лишнего и про Заходящее Солнце они слышать не должны. Кроме вопросов, касающихся допроса, ни о чем не говорить, – предупредил я друга.
– Это понятное дело, нельзя допустить, чтобы они узнали хоть какую-то мелочь, касающуюся нас. Но хочу тебе напомнить кое-что, – я косо посмотрел на Лумана. – Сегодня приедет Эльтэла с Ауром.
Я поморщился. Совсем забыл, что это уже сегодня.
– Перенеси все вещи Олы ко мне в комнату, она будет жить со мной. Ауром будет жить на чердаке, а Эльтэла в гостиной спальне.
– А Фаунд? Он жил вместе с Олой.
– Я поговорю с Дивелой, чтобы на ночь он пока оставался у них. Также, когда прибудут наши «дорогие» гости, – вновь поморщился я и уже приказал, – поговори с ними, предупреди, что одно неверное движение, или не то слово, и они будут отвечать за свои действия по всей строгости закона: за заговор против наследного принца.
– Слушаюсь, Ваше Высочество.
Я скривился.
– Пока здесь много лишних ушей, даже когда я даю приказы, не называй меня так. Это тоже приказ.
– Хорошо. Как ты объяснишь Эльтэле, что живешь в одной комнате с Олой? – поинтересовался друг.
– Я не обязан перед ней отчитываться, но она может спросить Доната. Введи его в курс дела, и пусть, если захочет, скажет ей, что Ола моя невеста.
Луман хитро улыбнулся.
