– Тебя знобит? – Бьорн проводит руками по моим предплечьям.
У меня вся кожа в мурашках. Да, черт подери, мне так страшно и жутко, что колотит всю.
– Просто не по себе. – Отвечаю вслух.
– Не волнуйся, я буду рядом во время всего процесса. Сначала мы поставим таймер на пять минут, посмотрим, что из этого получится, а затем, если нужно, повторим. Хорошо?
– Угу. – Пытаясь побороть волнение, я медленно вдыхаю и выдыхаю.
– Мой отец не пытается тебя убить, это уже хорошо. – Замечает Хельвин.
Я поднимаю на него взгляд.
– И как же ты его убедил?
– Пообещал, что сам разберусь с тобой, если твое проклятье выйдет из-под контроля.
– Ох… Серьезно?
Бьорн разводит руками.
– Мы ведь выиграли время, разве нет?
Шутливо ударяю его в живот. Тот такой твердый, что моя ладонь отскакивает, как от туго натянутой тетивы.
– Я буду рада, если меня убьешь ты, а не кто-то другой. – Говорю честно.
– Подойдет? – В зале появляется Асмунд с тяжелым креслом наперевес. – Осталось постелить на него плед, положить подушку, и… – Он ставит его у алтаря, приносит все необходимое, раскладывает, – готово. Прошу!
– Что, прямо тут? – Усаживаюсь, недоверчиво глядя на свечи, которые зажигает пастор.
– Здесь лучшее место, поверь. – Вдохновенно уверяет он.
– Я все еще не понимаю, действует на меня ваш дар убеждения, или нет. – Бормочу, устраиваясь в кресле удобнее и откидывая голову. – Если да, то я могла бы быть самым послушным ребенком в мире. Доедала бы кашу до конца, прилежно относилась к учебе и гуляла бы с мальчиками допоздна.
– На меня его дар не действует, у меня иммунитет. – Говорит Бьорн, укрывая меня вторым пледом.
– Значит, у меня тоже. – Отзываюсь я, натягивая плед до самых ушей.
– Ну, как? – Спрашивает Асмунд.
– Мне казалось, я отключусь, как только закрою глаза. Но вот закрываю их, и ничего не происходит.
– Тебе нужно расслабиться. – Слышится как сквозь вату голос Бьорна. – Я начну отсчет, как только ты уснешь.
– Сейчас она согреется, и все получится. – Говорит Асмунд.
Я ерзаю, а затем укладываю голову набок.
Тепло, хорошо, удобно, но сон никак не идет. Нужно думать про несчастную девушку, закованную в цепях сна. Нужно думать про нее. Думать, думать.
– Кайя никогда не разговаривала, – сообщает Бьорн, касаясь рукой моей ладони, – но мы понимали друг друга буквально без слов. Иногда мне казалось, что она читает мои мысли, а иногда, что я читаю ее. Мне так ее не хватает, Нея.
Асмунд читает молитву. Ну, точно. Вот он что-то шепчет себе под нос. Его голос идет фоном голосу Бьорна.
– Отец обучал меня обращению с холодным и огнестрельным оружием, а Кайе не позволял ходить за нами в лес. Но ей было интересно, и я всегда знал, где она прячется, чтобы подсматривать за нами. Однажды, когда мы гуляли вдвоем по арочному мосту у реки…
Красный снег. Черное солнце.
Что?.. Что это?
Я понимаю не сразу: мы в роще. Воздух такой холодный, что жжет легкие. На небо всходит луна, и ее очертания темнеют на фоне верхушек деревьев. Красное на снегу – это кровь. У моих ног лежит тело мужчины с разорванным горлом, его взгляд застыл, точно разбитое стекло. Голубые глаза. Голубые. В них медленно растворяются желтые всполохи.
Каркает ворон, и я оборачиваюсь.
Хрупкая светловолосая девушка в красном пальто беззвучно рыдает, обхватив пальцами окровавленную шею. Она оседает все ниже и ниже. Склонившись над ней, стоит бледный черноволосый мужчина в синем костюме: все его лицо в крови, тыльной стороной ладони он утирает губы.
– Довольно! – Приказывает чей-то голос. Даже не видя его обладательницу, я уже знаю, кто это. Когда из-за дерева появляется Ингрид в темном плаще с капюшоном, мужчина послушно опускает голову и отходит от жертвы на шаг назад. – Оставь ее мне. – Женщина улыбается, доставая из-за пазухи длинный нож и замахиваясь.
Кайя зажмуривается и втягивает голову в плечи. Но Ингрид лишь отрезает клок ее белокурых волос и прячет себе под плащ.
– Тащи ее, Арвид! – Командует она. Но со стороны особняка уже слышны тяжелые шаги. – Дьявол! – Ингрид отступает в тень и прячется за дерево. – Разберись с мальчишкой! – Шипит она. – Живо!
Я вижу Бьорна. Он подбегает, и у них с темноволосым завязывается бой. Удар! А вот и Асмунд подоспел.
Я оборачиваюсь к Кайе и… проваливаюсь в темную пустоту.
Черные бабочки.
Стук точильщика. Сырой, туманный лес.
– Кайя! Где ты?! – Кричу я, оглядываясь.
Тут страшно и холодно.
– Кайя! – Повторяю я.
И тут слышу ее шаги.
Хрустят ветви, шелестит листва. Девушка выходит ко мне из-за дерева. Она босиком, на ней пижама в цветочек, длинные волосы распущены. Кайя вглядывается в мое лицо недоверчиво, с опаской.
– Скажи, как мне помочь тебе выбраться отсюда? – Спрашиваю я.
Кайя подходит и разглядывает меня с интересом.
Она не может сказать. Она же не говорит.
– Покажи. – Прошу я.
Где-то над лесом звенит будильник.
– Покажи.
Девушка кладет свои ладони мне на голову, и я закрываю глаза.
Тук-тук. Тук-тук. Это ее тело. Кровь бежит по венам, сердце бьется. А это… а здесь…что-то… внутри… какой-то инородный предмет под кожей, под рубцами. Ткани вокруг него воспалены, отравлены.
– Нея!
