Проклятие ДНК полностью

– Ты сказала, у нее нет времени встречаться с парнем – у нее есть парень?

– Так у всех есть! – пожала плечами Лариса.

– Из вашего класса?

– Да нет, даже не из школы, иначе я бы знала.

– А откуда ты тогда вообще знаешь, что он есть?

– Ну, мы же с Элькой все-таки общаемся… Хотя, конечно, уже не так, как раньше! Она его скрывает – как я ни пытаю, не говорит, кто такой! – развела руками девочка, и Логинов обратил внимание на ее длинные, острые ногти, покрытые зеленым лаком. – Элька не хочет, чтобы я с ним встречалась… Вот дура: боится, наверное, что я его уведу!

– Скажи-ка, Лариса, а могли Эля или Антон отлучиться из дома, а потом вернуться незаметно?

– Зачем?

– Ну, мало ли…

– Вы, это… алиби, что ли, проверяете?

– Ну да, можно и так сказать.

– Родаки Пашкины на Мальдивах… или на Сейшелах? Не суть – в общем, сюда нас привез их водитель, а потом мы его отпустили до утра, чтоб под ногами не мешался, так что убраться из дома было просто не на чем! Да и незачем, понимаете? Никого из бумеров не было, мы могли делать что душе угодно!

– Кого, прости, не было? – переспросил Логинов, услышав непонятное слово.

– Ну, взрослых, стариков, сечете?

Лариса посмотрела на него с жалостью и легким презрением: девочка определенно уверена, что навсегда останется подростком и ей не грозит повзрослеть, состариться и, как всем остальным, в свой час уйти в мир иной. В этом, подумал опер, видимо, и заключается разница между современными детьми и нормальными людьми – они наивны, бесшабашны и бессмертны!

Севада сидел в просторной кухне, а полная, но проворная кухарка Вагнеров хлопотала у плиты. В помещении витали аппетитные запахи – готовящегося борща с салом, тушеной баранины и выпечки, которую тучная краснощекая женщина только что достала из духовки. Напротив него уютно устроились на расписном блюде, прижавшись к друг другу румяными боками, пышные плюшки. Глядя на них, Севада вспомнил мультфильм о Малыше и Карлсоне, где домоправительница тоже пекла булочки и отказалась угостить мальчика и его песика, поплатившись за это свиданием с «диким, но симпатичным привидением». Варвара Семеновна Шмыгаль ничем не напоминала суровую «домомучительницу», она щедрой рукой налила Севаде чаю с лимоном и положила на тарелку несколько плюшек, предварительно посыпав их сахарной пудрой.

– Горе-то какое! – причитала она, ни на минуту не останавливаясь, резво снуя между плитой, буфетом и холодильником. – Верите, уже время прошло, а я все успокоиться не могу – подумать только, в доме побывал убийца! Бедный, бедный Карл Генрихович…

Севада сглотнул скопившуюся слюну, выделившуюся при виде булочек, но мужественно отвел взгляд от блюда: как говорится, делу время, потехе час!

– Скажите, Варвара Семеновна, когда вы узнали о случившемся?

– Так утром и узнала, когда на работу пришла!

– То есть в субботу? – уточнил он. – Вы и по выходным работаете?

– А в выходные, думаете, хозяева есть не просят? – усмехнулась кухарка, вытаскивая из буфета здоровенную банку с каким-то зеленым порошком – видимо, приправой. – У нас заведено так: в пятницу после обеда весь персонал отпускают по домам, а в субботу к десяти мы возвращаемся. В воскресенье работаем до обеда, а потом – свободны до утра понедельника.

– И что, выходных совсем нет?

– Ну почему же нет – два раза в месяц один день свободный, причем можно выбрать любой, если заранее договоришься.

– А отпуск?

– Две недели при условии, что найдешь надежного сменщика на время своего отсутствия. Мы работаем здесь давно, поэтому хозяева хорошо знают всех, кто остается вместо нас.

– Тяжело так работать, наверное? – сочувственно спросил Севада, стараясь не глядеть в сторону пышущих жаром булочек.

– Ой, а вам что, легче? – отмахнулась кухарка, зачерпывая жменей приправу прямо из банки и уверенным движением бросая в булькающий борщ. – У вас ведь тоже, надо думать, график еще тот! А нам хорошо платят, грех жаловаться, поэтому вот я, к примеру, выходных почти не беру и предпочитаю за лишний день денежку получить.

– Значит, хозяева вас не обижают?

– Нет, рассчитываются исправно, зарплату не задерживают – за двенадцать лет, что я тут работаю, ни разу такого не случалось!

– О, давненько вы тут!

– И не говорите!

– Значит, знаете членов семьи очень хорошо?

– А как же, знаю всех.

– И Романа?

– Рому-то? Вот, честно говоря, с ним я хуже всего знакома – он ведь живет отдельно!

– Вы знаете, что Карл его усыновил?