Проклятие ДНК полностью

– Погодите, но его же все детство лечили от эпилепсии! – воскликнул Севада. – Травили пилюлями, выходит? А они, думается мне, не такие уж и безвредные!

– Это точно, – согласился Логинов, покачивая ногой. – Безвредных лекарств не бывает… Но от чего-то же Карл лечил приемного сына, верно?

– Может, есть душевные болезни, не требующие медикаментозного лечения? – неуверенно предположила Лера. – Если, скажем, у Романа периодически случаются приступы депрессии…

– Но это не объясняет диагнозы, поставленные в детстве! – перебил ее Виктор.

– Судя по рассказам воспитательницы, у Романа случались приступы истерики, приводившие к судорогам, – сказала Лера. – Может, это ввело врачей в заблуждение, и они решили, что у мальчика эпилепсия?

– Вполне допускаю, – поразмыслив с минуту, согласился Логинов. – Ребенок без родителей – зачем заморачиваться? Достаточно накормить его таблетками, привязать к койке, и пусть себе лежит, как какой-нибудь кабачок, и «выздоравливает»! Интересно, такое, с позволения сказать, лечение могло привести к тому, что Роман с возрастом стал подвержен внезапным приступам ярости?

– Ты считаешь, он мог убить Карла в порыве неконтролируемого гнева? – уточнила Лера.

– Ну, если ему ставили аутизм… Говорят, люди с таким диагнозом бывают агрессивны!

– Брось, Витя, ты же его видел! – сердито отмахнулась Лера. – Какой из него «человек дождя»[8]?!

– Так что, по-твоему, в детской психушке ошиблись с диагнозом?

– Ты серьезно считаешь, что кого-то интересует психическое здоровье сироты, время от времени бьющегося в припадках? Посмотрели по симптомам, записали диагноз, как приговор, – и все. И плевать, что они парню всю дальнейшую жизнь испортили!

– Нет, – возразил Виктор, – все-таки диагноз имеет значение! Если Роман Вагнер болен, он запросто мог совершить убийство приемного отца, а потом даже не вспомнить об этом, и авария тут вообще ни при чем!

– Боюсь, диагноза мы не узнаем, пока не получим ордер, – вздохнула Лера. – А ордер нам не получить, так как Роман – всего лишь один из возможных подозреваемых, у нас нет улик против него, если не считать показаний поварихи Вагнеров о ссоре.

– Ну да, – уныло поддержал ее Севада. – Семейка-то непростая, и ссоры случались между всеми ее членами. В обычной жизни люди редко убивают друг друга из-за простых размолвок!

– Только если на кону миллионы и процветающий бизнес! – ухмыльнулся Логинов. – Я не успел тебе рассказать, Лер, но мне звонила помощник нотариуса.

– Она что-то вспомнила?

– Нет, но к ней кое-кто приходил.

– Снова Эдуард или Луиза?

– Не угадала!

– Не томи!

– Роман Вагнер.

– Он тоже хотел узнать, составил ли Карл завещание?

– Он спрашивал, кто интересовался завещанием!

– Получается, Роман уверен, что оно существует? Хотя не факт…

– Да ладно – не факт: он врет про амнезию, как пить дать! Вопрос – зачем?

– У него по-прежнему нет алиби на момент убийства, ведь он исчез из психушки, а потом «всплыл» только под машиной певицы, и мы понятия не имеем, где он провел почти двое суток!

– Кстати, я тут кое-что выяснил в псих… В лечебнице то бишь, – подал голос Леонид.

– Так чего же ты молчишь, выкладывай! – потребовала Лера.

– Одна пациентка видела, как Роман покидал клинику. Это случилось после обеда, и был он не один, а с женщиной!

– Свидетельство психопатки! – недоверчиво хмыкнул Виктор. – Кто ей поверит?

– Никакая она не психопатка! – сердито возразил Коневич. – Ружена Миловидова лечится от алкогольной зависимости и уже некоторое время чиста, как ювелирное стекло!

– Что за женщина, Леня? – насторожилась Лера. – Пациентка ее описала?

– В некотором роде.

– Что это значит? – нахмурился Логинов.

Лера кинула на него уничтожающий взгляд: ну почему этот мужик считает себя главным? В конце концов, следователь – она, а его дело – бегать по «земле» и искать улики! Почему он все время подрывает ее авторитет, перетягивая одеяло на себя?

– Дама была элегантно одета, но шляпа с полями скрывала ее лицо, поэтому описать внешность женщины Ружена не смогла – сказала только, что та не старая.

– А ты не попытался выяснить, не видел ли кто-то в клинике эту незнакомку? – спросила Лера с надеждой.

– Конечно, попытался, – ответил Леонид. – Больше никто ее не видел: судя по всему, она не желала быть замеченной. Скорее всего, они договорились с Романом по телефону, поговорили, а потом вместе покинули территорию клиники.

– Есть предположения, кто это мог быть? – спросил Виктор, окидывая взглядом присутствующих.

– Из тех, с кем мы знакомы, – начал Севада, – на ум приходит лишь одно имя…

– Луиза!

Лера и Виктор выкрикнули это почти одновременно.

– Ей же за сорок! – засомневался Коневич.

– Она в прекрасной форме и вполне может сойти за девушку, если не видеть лица! – возразила Лера.

– Значит, они с Романом в сговоре? – тут же добавил Логинов. – В этом есть смысл, ведь младший Вагнер и Луиза – наследники по закону, и гибель Карла выгодна обоим!

– Да, но зачем его убивать? – спросила Лера. – Они и так получили бы все!