Со своей лишенной загара кожей канцлер всегда выглядел неуместно на острове, который буквально купался в солнечном свете. Мэйнард вообще производил впечатление человека, не знающего, что такое простые жизненные радости. Неуемное стремление к власти и бессмертию сделало его заложником какой-то порочной игры, в которой он был вынужден участвовать день за днем, год за годом, никогда не приближаясь к ее финалу.
— Вы сегодня на редкость покладисты, миледи, это заставляет меня нервничать.
Мона окинула канцлера равнодушным взглядом.
— А вы всегда так напряжены, милорд, как будто несете на своих плечах все тяготы этого мира.
— Возможно, вы недалеки от истины. Вдвоем справляться было бы легче.
— Хотите переложить на меня часть своих проблем? Это не слишком галантно с вашей стороны. Для вас было бы проще найти помощников на месте, а не принуждать к сотрудничеству совершенно чужого человека.
Мэйнард упрямо выпятил челюсть.
— Кроме вас, с этой задачей не справится никто. Вы уникальны, неповторимы, местные женщины вам даже в подметки не годятся. Только вы достойны стать женой сильного правителя.
— Не пытайтесь мне польстить, милорд, из ваших комплиментов так и сочится холодный расчет.
— Думаете, я не способен на искренние чувства?
— Ну, если только это чувство собственности или чувство мести.
Мона говорила очень спокойно, не вкладывая в свои слова никаких эмоций, чтобы ненароком не задеть гордость Его превосходительства.
— Вы не слишком высокого мнения обо мне.
— Совсем невысокого, милорд. А вы ждали, что я стану вами восхищаться?
Синие глаза Мэйнарда на свету имели какой-то неприятный металлический отлив.
— Вы даже не находите меня привлекательным?
Волшебница медленно подняла глаза от своей тарелки и пожала плечами.
— Вы привлекательны, милорд, но совершенно не в моем вкусе.
Тристан проглотил вежливое оскорбление и поинтересовался:
— Какие же мужчины вам нравятся?
По-прежнему глядя ему в лицо, Мона сказала именно то, что хотела.
— А вот это не ваше дело.
Скулы канцлера слегка порозовели.
— Чем упорнее вы отталкиваете меня, тем сильнее я вас желаю. Смиритесь, и я брошу к вашим ногам целый мир!
— О да, мир, населенный вашими заклятыми врагами.
Мягкая ирония в ее голосе ранила сильнее грубой брани.
— Если вы будете рядом, я справлюсь с каждым из них!
Мона подавила вздох.
— Это иллюзия, милорд, химера, потому что я никогда не стану послушным орудием в ваших руках. Только не надо напоминать, что у вас есть способы принудить меня, давайте просто поедим.
Мэйнард зло ткнул вилкой в ростбиф и вонзил в него нож.
— Мне все сложнее выбираться на остров, я устал добиваться вашего расположения. Вы нужны мне в столице!
— Я никогда не жила в больших городах, милорд, и ничего не знаю об этом мире. Вы же не хотите, чтобы я по неосторожности превратила вашу жизнь в хаос.
— Вы это сделали, когда явились в Священное место вместо Мудрейшего. С того самого дня я просто одержим вами, и не надо напоминать мне, что одержимость — это болезнь.
Сегодня Кроу лишний раз убедился, что терпение канцлера достигло критической черты. Если Мэйнард надумает перейти от слов к делу, Юджин поступит не как офицер безопасности, а как мужчина, и это будет означать конец его карьеры.
На первый взгляд, жизнь на острове текла по-прежнему плавно и размеренно, но внутреннее напряжение неуклонно нарастало. Несмотря на свой пасторальный вид, остров Лисмор имел в арсенале несколько зенитных установок, мощные береговые укрепления и сотни единиц ручного вооружения. По всему периметру в ста метрах от берега было установлено минное заграждение, но майор Кроу никогда не обольщался на этот счет. Он понимал, что для ведения полноценных боевых действий у него недостаточно людей. В случае масштабного нападения силами одного отряда остров не отстоять.
Чтобы как-то разрядить напряженную обстановку, майор решил заняться организацией досуга. В цокольном этаже особняка находились крытый бассейн, тренажерный зал и домашний кинотеатр. Именно этот небольшой уютный зал с удобными креслами в несколько рядов неожиданно стал любимым местом отдыха персонала и свободных от вахты охранников. Никто о нем и не вспоминал, пока Юджин однажды не предложил показать гостье один из старых фильмов.
На первый сеанс обитатели острова пришли просто из любопытства, но теперь вечерами сами с удовольствием пересматривали давно забытые ленты своего детства. Реакция Моны оказалась по-детски восторженной. Она была так трогательно любознательна и задавала столько вопросов, что майору пришлось в подробностях объяснять ей, как снимают кино и делают мультфильмы. А еще ее очень заинтересовало, почему зрители во время просмотра постоянно что-то жуют. Юджин рассказал Моне историю появления больших кинотеатров, а потом научил жевать попкорн и запивать его газировкой.
