Над второй дверью было написано:
И третья табличка над третьей дверью гласила:
– Гадко, обидно, грубо, – прокомментировала я.
– В третьей надписи даже рифмы нет, – фыркнул Тунтуни.
– Не суть, давайте попробуем повернуть ручки дверей, – сказал Банти.
Это оказалось непросто, поскольку все было такое крошечное.
Мы с тигром не сумели взяться за малюсенькие ручки, а когда Туни попытался повернуть их клювом, они не шевельнулись.
– Заперты! – объявил Тунтуни, в сердцах плюхнувшись на один из указателей. – А я говорил, что мы никогда не попадём в Нью-Джерси, несмотря на все эти указатели! И вообще мы тут умрём.
– И если даже дверцы откроются, мы всё равно в них не протиснемся, – сказала я, перечитав надписи на табличках. – Но где же напиток и ключи, о которых здесь говорится?
– Бессмысленное занятие! Уловка, чтобы отвлечь нас от мыслей о неизбежной смерти в этой комнате! – Тунтуни с трагическим видом сжал крыльями горло. – Сколько мы уже здесь сидим? Когда мы ели в последний раз? Неделю назад? Месяц? Вроде бы года ещё не прошло? Все дни слились для меня в один! Я больше не ощущаю время!
Я погладила испуганную птичку по пушистой голове:
– Мы здесь минут пять, братан.
– Конечно, имеется вероятность того, что в комнает спрятан уменьшитель, – сказал мне Банти, не обращая внимания на Туни. – Это будет соответствовать оригинальному повествованию.
Тиктики Первый молча сидел на полу, вращая глазами и высовывая язык. Стоп! Он на что-то указывал. На что-то важное!
– Спасибо, Тиктики! – Я подняла с пола маленькую фиолетовую бутылочку, на которой крупным чётким почерком было написано: «Слизни меня». – Это, должно быть, уменьшитель.
– Слизни? Какая безграмотность! – презрительно вздёрнул бровь Банти. – Типичный жаргонизм обитателей кротовых нор.
– Дайте мне! Дайте сюда! – завопил Туни. – Я иссох от жажды!
– Подожди, Туни. – Я выхватила бутылочку из крыльев отчаявшейся птицы. – Вдруг этот напиток действует совсем не так, как мы думаем?
– А у нас есть выбор? – возразил Банти. – Ты же хочешь попасть в Нью-Джерси, правда?
– Правда. – Я вытащила из бутылочки пробку и скривилась от запаха. – Ну, поехали! – Торопливо глотнув, я протянула бутылочку Туни, Тиктики Первому и, наконец, тигру.
Но и я тоже оказалась права. Волшебный напиток подействовал, но не совсем так, как мы представляли. Сама я действительно уменьшилась, но осталась собой, а вот тигр, птица и ящерица превратились в три маленьких золотых ключика и со звоном упали на кафельную плитку.
– Эй! Что… – Я чуть не задохнулась от волнения. – Банти! Я же сказала, что может получиться не то, что мы хотели!
Ключик, который раньше был тигром, ничего не ответил. И два других ключа тоже не издали ни звука. А как они могли ответить, не имея рта и вообще ничего?
– Искала три ключика, вот и получила, – вздохнула я.
Ключи на полу задёргались и зазвякали, словно требовали, чтобы я продолжала разгадывать загадку. Подняв их с пола, я заметила, что головка одного ключа украшена изображением тигра, а двух других – фигурками птицы и ящерицы.
– Ну ладно, ребята, кто знает, что делать дальше? – Ключи на ладони даже не шевельнулись; видимо, были не в курсе. – Что ж, придётся соображать в одиночку.
Я перечитала надписи над дверцами – точнее, первую надпись, поскольку вторая и третья звучали крайне издевательски, а мне сейчас негатив был ни к чему.
– Ага, значит, надо выяснить, сколько потребуется попыток, чтобы понять, какой ключ от какой дверцы, – пробормотала я, внимательно рассматривая бородки ключей и замочные скважины.
Но на дверях не нашлось подсказок, и замочные скважины не имели форму тигра, птицы или ящерицы. Нет, нет, это было бы слишком просто.
– Девять попыток? – предположила я.
