Но жёлтая птичка уже вспорхнула к дверце и ухватилась клювом за ручку. Дверца легко отворилась. С той стороны звенела тьма, полная обещаний.
Тиктики Первый стрельнул языком и мигнул круглыми глазами.
Я посадила птицу и ящерицу себе на плечи. Банти прилёг, и я села на его мускулистую полосатую спину.
– «Пойдём же, ты и я, когда вечерняя заря распластана на небе, как пациент в наркозе на столе…»[9] – глубоким музыкальным голосом произнёс Банти.
– Эм, а можно мы пойдём, как ходят люди без наркоза? – спросила я, ёжась от одной мысли о пациенте на столе.
– Само собой разумеется, – рассмеялся Банти. – Сваливаем!
– В Нью-Джерси! – крикнула я, вскидывая кулак.
– В Нью-Джерси! – подхватили тигр и птица.
И мы совершили скачок сквозь прореху в материи пространства-времени.
Проблема межпространственных путешествий, как я поняла по собственному опыту, заключается в их непредсказуемости. Только что мы с друзьями – птицей и ящеркой – мчались на тигре сквозь время и пространство, и вот уже я в полном одиночестве коченею от холода высоко на дереве в Парсиппани. Но, по крайней мере, я снова была своего размера.
Когда я покидала Запредельное царство, там стояла жара, и у меня совершенно вылетело из головы, что в Нью-Джерси – февраль. То есть ветви огромного дерева, растущего перед домом моей соседки Джови, были покрыты не просто снегом, но и тонкой корочкой льда. У меня зуб на зуб не попадал, да ещё через несколько секунд я промокла насквозь – мой костюм шальвар-камиз[10] из Запредельного царства был мало похож на зимнюю одежду.
Дрожа от холода, я оглядывала раскинувшееся передо мной заснеженное измерение – дом Джови на повороте дороги и свой собственный дом по соседству. Именно об этом месте говорила моя лунная мама – Лала следовало искать в стволе дерева там, где крутой поворот. И ещё было что-то про врага моего врага, который станет мне другом. Я шмыгнула носом; зубы выбивали яростную дробь. Так вот, значит, куда засунул Лала призрак, меняющий обличия. Неизвестно, где оказались мои звериные друзья, но меня интергалактическая кротовая нора доставила точно по назначению. Я одобрительно похлопала по своим красным бёрцам. Но как теперь достать принца из дерева?
– Лал? – позвала я. – Лал, ты тут?
Никакого ответа. Я облизала онемевшие губы и повысила голос:
– Лал! Где ты?
И снова ничего. Ну и как понять, что это – то самое дерево, и что принц все ещё внутри?
– Принц Лалкамал! – закричала я, стуча непослушными пальцами по обледеневшему стволу.
Просто смешно. Так я не добьюсь ничего, кроме воспаления лёгких. Мне срочно требовалась подсказка. Ну почему я не спросила лунную маму, как мне вынуть Лала из дерева после того, как доберусь до Парсиппани? Хотя, что же это я, у меня ведь есть самый полезный в мультивселенной карманный справочник!
Я полезла в рюкзак за «Карманным справочником по раккошам, хоккошам, бхутам, петни, доито, данавам, даини и секретным шифрам и проявлениям» Кхогена Прасада Даса, но лук и колчан потянули меня вниз. Я попыталась восстановить равновесие и вдруг поняла, что они зацепились за обледенелый сук. Хотела их отцепить, а вместо этого окончательно соскользнула с ветки, на которой сидела, и с громким криком полетела вниз, ударяясь плечами, ногами, подбородком и руками. Я пыталась ухватиться за мелькающие мимо ветви, но они лишь осыпали меня снегом и царапали лицо.
Возможно, я так и пролетела бы со свистом до земли и рухнула, переломав себе все кости, если бы не была поймана мальчиком. Он ухватил мою ледяную руку своей крепкой тёплой рукой, легко выдернул меня наверх и усадил на холодную ветку рядом с собой в относительной безопасности.
– Полегче, девочка!
Он говорил так спокойно и уверенно, что я едва не приняла его за Лала. Но нет, это оказался вовсе не мой друг, а какой-то совсем незнакомый мальчик.
Он был очень красив – из-под лыжной шапочки выбивались белоснежные пряди волос, а за очками в прозрачной оправе ярко синели глаза. Мальчик был не просто красив, он был безупречен, как мраморная статуя в музее. Мне сразу вспомнились всякие знаменитости, которых мы с Зузу любили рассматривать на сайтах типа «Красавчики древних времён». (А кому не нравятся всякие красавцы, жившие в древности?)
– Тыкыто? – с трудом выговорила я окоченевшими губами.
Оцарапанные ветками щёки слегка покалывало.
– Эй, погоди, дорогая, у тебя кровь идёт!
Паренёк одним движением скинул с себя зелёный шарф и принялся вытирать моё лицо. Тут я разглядела, что на такой же зелёной шапочке красными буквами вышита очень странная надпись: «Убей Хаос».
– Спасибо, – ответила я с благодарностью, хотя про себя немного встревожилась – стоит ли вступать в разговоры с этим странным мальчиком?
И с какой стати он сидел на дереве во дворе Джови?
