На мосту было пусто, Диана прибавила шаг, гадая, где же здесь могут прятаться охраняющие ее оперативники. Внезапно сзади послышался шум железнодорожного состава, затем гудок, и Диана побежала вперед. Увидев человека на пешеходной дорожке, машинист убавил скорость, состав пошел медленнее. Спотыкаясь, Диана бежала изо всех сил, забыв про гнилые доски.
Вдруг из поравнявшегося с ней вагона выпрыгнул мужчина в вязаной лыжной шапке с прорезями для глаз и резко выхватил у нее из рук сумку. В другой руке у него опасно блеснул нож. Диана завизжала и толкнула мужчину, он покачнулся, но устоял на ногах. Она бросилась назад, мужчина в маске за ней. Неожиданно появился Прозоровский и, заслонив собой Диану, бросился на преследователя, тот вонзил ему в плечо нож. Арнольд взвыл от боли и ударил противника изо всей силы, толкнул его на железные перильца моста. Мужчина ударился головой и потерял сознание. Тут подоспели оперативники и скрутили преступника.
— Вы нам чуть операцию не провалили! — накинулся на певца Суржиков.
— Да если бы не я — Диану убили бы! — фыркнул Прозоровский. — Она мне ничего не сказала про ваш замысел, иначе я бы ее не отпустил! И хорошо я за ней догадался проследить! Как вы так операцию разрабатывали и не учли, что по этому мосту ходят грузовые составы?
— Все мы учли, — сердито буркнул Суржиков. — У нас в вагонах два оперативника в засаде сидели, все равно бы его поймали.
— После того как он Диану убил бы? — язвительно спросил Арнольд.
Когда с преступника содрали шапку, Суржиков удивленно ахнул, злодеем оказался электрик Сушков, который сам приходил в милицию как свидетель ссоры Фарятьева и Вебер.
— Это вы, Сушков? — потрясенно произнес Суржиков.
Злобно сузив глаза, встрепанный электрик сплюнул в сторону и промолчал. Надев на Сушкова наручники, оперативники повели преступника в милицейский «уазик».
— Надеюсь, я свободна? — сердито спросила Диана. — Мне еще Арнольда в больницу отвезти надо.
— Вообще-то вы нам нужны, — виновато вздохнул Суржиков. — Надо письменно оформить задержание Сушкова.
— Ну, знаете ли, — возмутилась Диана, — сначала я должна позаботиться об Арнольде!
— Хорошо, хорошо, — закивал Суржиков. — Сходите в больницу, здесь рядом, на Пироговке, а потом в отделение придете.
Рана оказалась неглубокой, Арнольду сделали перевязку и отпустили.
Когда они пришли в следственный отдел, допрос Сушкова еще продолжался.
Сушков от всего отказывался, и только когда у него дома сделали обыск и обнаружили скрипичные струны и записную книжку Эмилии Бобрышевой, он стал давать показания.
Все оказалось до банальности просто: спускаясь по лестнице, Сушков случайно услышал, как Фарятьев требует от старушки Вебер ценности, он подумал, что речь идет о драгоценных камнях, и решил Вебер ограбить. Сначала хотел пробраться к ней в квартиру. Но замки у нее были хорошие, а когда он под разными предлогами пытался напроситься к ней в гости, она его не пускала. Сушков понял, что задуманное у него не получится, старуха его опасается, разозлился и решил убить ее и украсть ключи. Виолетта Генриховна, не иначе как предчувствуя смерть, побежала к нотариусу и сделала завещание на Диану Арсеньеву, так как была уверена в ее порядочности. Отдать реликвию Моцарта ни Любочке Ланской, ни Элеоноре Разумовской Вебер не решилась, но надеялась, что втроем девушки примут мудрое решение.
Сушков пробрался в кинотеатр во время сеанса и задушил старушку, но в квартире у нее ничего не нашел.
— Я решил, что плохо все осмотрел, и потом забрался еще раз. Меня вновь спугнули. Потом, когда вещи перенесли на склад, я взял ключ в диспетчерской, решил поискать еще, но там сплошь какие-то книги, альбомы да нищенское барахло, я разозлился ужасно, ушел и даже дверь не закрыл. А потом до меня дошло, что в первый раз, когда я нашел документы старухи, там было указано, что наследница директриса кинотеатра, я понял, что она драгоценности заграбастала, выследил, где она живет, а потом подкараулил…
— А зачем вы убили Кукушкиных? И не врите, в квартире нашли ваши отпечатки пальцев!
— Должен же я был как-то запутать следы!
— Как вам удалось, заставить Вячеслава написать предсмертное письмо, а затем выпить яд? Почему спортсмен, здоровый парень, подчинился вам?
— А я ему муляжом пистолета пригрозил, он, как свою мать мертвую увидел, сразу понял, что со мной шутки плохи!
Убить Вебер именно скрипичной струной пришло в голову Сушкову потому, что орудие убийства много места не занимало, его можно незаметно пронести, к тому же навести милицию на мысль, что убийца музыкант. А он недавно как раз нашел во дворе разбитую скрипку, тогда-то и придумал хитроумный план убийства.
