Решив не тратить силы на трансформацию, высшая скользнула за дверь и, крадучись, добралась до пересечения тупикового коридора с главным. Некроманты как раз завернули за угол, а ментальный щит исключал обнаружение поисковым заклинанием, поэтому вампирша быстро, но без суеты пересекла освещенный участок и уперлась в запертые двери мертвецкой.
Нахмурившись, Шеадда коснулась плотно сомкнутых створок кончиками пальцев. Скорее всего, они были заперты заклинанием, так как ни единого намека на замочную скважину вампирша не обнаружила. Насколько она знала, в мертвецкой был только один вход, поэтому выбора у нее не было. Точнее, он был, но выбираться на улицу, искать нужный воздуховод и пробираться по нему в туманной форме туда и обратно высшей не хотелось. Только если других вариантов не останется.
Обратившись туманом, она прильнула к двери, ища малейшую щель между створок или в каменной кладке вокруг них. Удача улыбнулась Шеадде - в наддверной арке обнаружилась трещина, сквозь которую вампирша сумела просочиться, хоть это и было раздражающе медленно.
Оказавшись внутри мертвецкой и вернув себе обычную форму, высшая прислушалась. На всем этаже царила тишина - и физическая, и ментальная, что полностью устраивало Шеадду. Три из четырех плит были пусты. На четвертой, дальней от входа, лежал Ирилатассар.
Вампирша неслышно приблизилась к телу и кончиками пальцев коснулась почти идеально ровного среза на шее. Окинув взглядом плиту, Шеадда обнаружила голову. Накрытая простыней, она находилась возле правой руки мертвеца - будто кто-то небрежно бросил ее рядом с телом, а потом накрыл все тканью. Осторожно, поддерживая обеими руками, высшая вернула голову на место.
Даже после смерти Ирилатассар продолжал улыбаться. Воспоминание о последних минутах жизни ее Повелителя безумным смехом прозвучало в ушах Шеадды.
- Действительно ли ты тогда сошел с ума, мой Повелитель? - произнесла вампирша, продолжая придерживать голову одной рукой, перебирая пальцами другой окровавленные волосы мертвеца. - Или ты всегда был таким? - она склонилась над ним, почти касаясь губами уха. - Ты же так тщательно что-то скрывал за своей нерушимой защитой... И если это было безумие... - Шеадда принюхалась и поморщилась. Кровь мертвеца пахла отвратительно. - То перед смертью ты просто показал свое истинное лицо.
Шеадда выпрямилась и взяла голову в руки, прикидывая ее вес.
- А если это действительно так, - проговорила она, прижимая голову к груди, - то твое безумие заразно.
Сложно оборачиваться туманом. Еще сложнее - придавать его форму не только своему телу и одежде, но и тяжелому постороннему предмету. Но, как и рассчитывала Шеадда, кровь Мэраара дала ей достаточно сил и для этого. Вампирша просочилась наружу тем же путем, которым попала в мертвецкую. Сохраняя силы, она приняла физическую форму и, продолжая прижимать голову к груди, быстрым шагом направилась к лестнице в конце коридора. Ее путь лежал в сердце крепости - туда, куда прежде никогда не ступала нога вампира - в комнату Источника.
- Брат Вайат? - сидевший за столом пухлый круглолицый старичок поднял голову. Гладкая лысина, окаймленная редкой седой порослью, блеснула в лучах восходящего солнца. - Я звал Ирилатуса.
- Отец-инквизитор Ирилатус мертв, - спокойно произнес Вайат, останавливаясь перед ним.
- Вот как, - протянул отец-настоятель. На его гладко выбритое лицо набежала тень брезгливости, впрочем, быстро сменившись выражением задумчивости. - Вернулся домой, значит...
- Он погиб, как герой, отец-настоятель Ровим, - с нажимом произнес святой воин. - Я был рядом с ним, когда на нас напали вампиры, и он собственноручно уничтожил их предводителя. Это было ночью перед прибытием армии Империи. Отец-инквизитор не успел отдохнуть, но все равно повел в бой братьев, чтобы поддержать королеву.
- Ты видел его тело? - старик прищурился, глядя на Вайата.
- Я видел как он пал, - инквизитор открыто встретил взгляд настоятеля, и где-то с четверть минуты мужчины молча и не мигая смотрели друг на друга. Старик Ровим отвел взгляд первым.
- Что ж, значит нужно объявить нового отца-инквизитора, - вздохнул он, поднимаясь из-за стола.
- Отец-инквизитор Ирилатус назначил меня своим преемником и сказал, что все необходимые распоряжения у вас есть, - произнес Вайат, - это дало мне право приказывать братьям в бою, что в итоге спасло нам всем жизнь.
- О, значит ты в курсе, - улыбнулся отец-настоятель. Инквизитор поймал себя на мысли, что эта улыбка выглядела на редкость фальшиво. - Это хорошо. Кроме самого распоряжения там было еще несколько документов, которые он просил передать тебе лично... Сейчас найду.
Ровим неожиданно бодро для своей комплекции поднялся со своего места и направился к стоявшему у стены стеллажу со свитками, свертками и стопками документов. Бегло просмотрев содержимое одной полки, затем второй и третьей, на четвертой он, видимо, нашел искомое. Настоятель послюнявил палец, отогнул им пару страниц, кивнул своим мыслям, что-то пробурчал и только после этого протянул документы Вайату.
