Нет, она не уснула. Она мертва.
— Так что нам делать дальше? — осведомился он, поднимаясь.
— Пока ничего — я переговорю с ребятами. — Снаружи завыла сирена, и через несколько секунд к дому подкатила машина «скорой помощи». Двое медиков вошли в кухню.
— Да мы уже все сделали, вы ее лучше не трогайте, — посоветовал эскулапам сержант. — Просто убедитесь, что она мертва, и оставьте все, как есть, до приезда детективов. Том, ты дуй наружу и смотри, чтобы никакие зеваки сюда и носа сунуть не смели, а я пойду переговорю с ребятишками.
Выйдя из кухни, Финнерти направился в гостиную, где четверть часа назад оставил на софе безудержно рыдавшую Кэйт и пытающегося утешить девушку Боба. Когда он вошел, то отметил, что картина изменилась весьма незначительно.
— Что ж, — развел руками сержант, — призываю вас принять это… хм… мужественно. — Он слегка нахмурился, пытаясь припомнить имя юноши. — Тебя ведь, по-моему, звать Боб Кэри?
Боб молча кивнул, было заметно, что он слегка успокоился.
— Ты своим-то родителям хоть позвонил? Они знают, что тут случилось? — Боб отрицательно покачал головой. — Ну ладно. Я им сам позвоню и попрошу за тобой приехать. А пока мне хотелось бы поговорить с вами. О'кей?
— Мы, — наконец выдохнул Боб, — мы только вошли, увидели и… сразу вам позвонили.
Финнерти похлопал юношу по плечу.
— Ладно. Через какое-то время мы все проясним.
Рядом с телефоном на столе лежала телефонная книга, сержант открыл ее, отыскал нужный номер и следующие пять минут на все лады уверял Дэйва Кэри, что его сын жив и чувствует себя хорошо. Попрощавшись и повесив трубку, сержант вышел из комнаты. В кухню же он вернулся, лишь когда увидел в окно въезжавший во двор «вольво» Кэри.
Там уже работали два детектива, и Финнерти лишь следил, как они в поисках возможных улик методически исследовали буквально каждый сантиметр стен и пола.
— Ну, какие идеи? — спросил он, когда старший из детективов по имени Билл Райан поднял наконец голову и, увидев Финнерти, поздоровался.
— Пока особо никаких, — Райан пожал плечами, — но вообще мне кажется, что все было задумано заранее и исполнено дьявольски хладнокровно. Никаких следов взлома, борьбы или, скажем, насилия.
— Если ребята говорят правду — это дело рук ег мужа. Дочка ее утверждает, что он напился и, когда она утром уходила из дому, мать с отцом здорово ссорились. Собственно, потому она и ушла — отец начал ее доставать, мать, естественно, пыталась его одернуть. Вообще она думает, что мать собиралась сегодня отвезти своего супруга снова в лечебницу.
— А он ехать, естественно, не хотел.
— Конечно.
На пороге распахнувшейся двери черного хода возник Том Джексон, поддерживая на ходу высокого мужчину с полными ужаса глазами на испитом лице. Финнерти сразу же понял, кто перед ним, и шагнул к вошедшим.
— Мистер Льюис?
Алан Льюис молча кивнул, не отрывая взгляда от накрытого простыней тела.
— О, Боже, — выдохнул он.
— Ознакомьте его с правами, — кивнул Райан. — Было бы неплохо прямо сейчас получить признание.
— Нет, я все равно в это не верю, — произнесла упрямо Кэрол Кокрэн. — Не могу поверить в то, что Алан мог убить Марти — неважно, в каком состоянии он находился.
Было уже около девяти вечера — к Лонсдейлам же Джим и Кэрол приехали в половине седьмого. Едва притронувшись к наскоро приготовленному Эллен ужину, все четверо говорили только о том, что случилось. Ким уложили в комнате для гостей, Лайза с Алексом отправились наверх, но разговор в полуобставленной гостиной дома Лонсдейлов не утихал.
— Может, хотя бы на время сменим тему? — Эллен Лонсдейл усталым жестом откинула назад волосы. Она знала, что сделать это им не удастся — сегодня весь город говорил и жил только одним: действительно ли Марти Льюис погибла от рук супруга… или к этому причастен кто-то еще?
— Вот именно его состояние многое и объясняет, — Марш, казалось, не слышал вопроса жены.
— Но Алан даже пьяным был всегда… безобидным. Господи, Марш, да ты вспомни сам — Алан и трезвый отнюдь не живчик, когда же он напивается, то просто засыпает — и дело с концом.
— Ну, не всегда, — заметил Марш. — Помню, мы с ним недавно играли в гольф, так он выдал такой свинг, что, я думал, разнесет вдрызг и мяч, и клюшку.
— И все же это не убийство собственной жены, — настаивала Кэрол.
— К тому же, — напомнил Марш, — никаких следов борьбы там ведь не обнаружили. Как считают полицейские, Марти хорошо знала убийцу.
Кэрол упрямо покачала головой.
— Марти хорошо знала полгорода — так же, как и мы все. И потом — в своем доме она всегда чувствовала себя в безопасности… хотя один Бог знает почему. — Она окинула взглядом гостиную дома Лонсдейлов и поежилась. — Простите, но в этих бывших гасиендах мне тоже как-то не по себе.
— Кэрол!
