Девушка ошарашенно оглянулась по сторонам. Она ровным счетом ничего не понимала. Что происходит? Почему этот мужчина, этот лакей, так жестоко посмеялся над ней? Зачем он сказал, что леди Фрайерс только что вышла из этих дверей? Ведь леди Фрайерс – это она, Эмбер. Уже много-много лет!
Эмбер спустилась по ступенькам широкого крыльца и бросилась вдоль просторной лужайки к выходу. Она выскочила за ворота и оглянулась по сторонам. Куда пошли те две дамы? Нужно во что бы то ни стало найти их! Уж леди Карлайл точно должна дать ей ответы на все вопросы. И где же Фредерик? Как ей найти его?
Ни леди Карлайл, ни ее спутницы нигде не было видно. Заметив Уильяма, дремавшего на козлах, Эмбер подбежала к нему.
– Уильям! – нервно выкрикнула она.
Парень встрепенулся и испуганно уставился на нее осоловелыми глазами.
– Уильям, ты видел, куда пошли две дамы, которые пять минут назад вышли из Карлайл-Хауса?
– Простите, леди Эмбер, но я никого не видел, – покраснел Уильям. – Уснул, пока вас дожидался.
– Как же так! Они не могли уйти далеко! – Эмбер, заломив руки, бросилась прямо по дороге. Дамы были одеты для прогулки, и экипаж им не подали, они не могли уйти далеко.
Дорога, огибая парк рядом с Карлайл-Хаусом, уходила влево. Эмбер свернула и остановилась – впереди никого не было. Тогда она побежала в другую сторону, но и там улица оказалась пустынной. Как же понять, в какой из домов зашли эти дамы? Что же ей теперь делать?
– Леди Эмбер, – подошел к ней Уильям. – Вы бледны. Давайте я отвезу вас в гостинцу. Вам нужно отдохнуть.
– Нет, мне нужно во что бы то ни стало найти Фредерика!
– Я отвезу вас в гостинцу, а сам вернусь сюда, расспрошу кого-нибудь из слуг. Они наверняка знают, где милорд.
В словах Уильяма было рациональное зерно. Ее-то тот злой лакей теперь точно не пустит на порог, а Уильям может зайти через черный ход и узнать что-нибудь у слуг.
Она позволила кучеру отвезти себя в гостиницу и стала ждать его возвращения с новостями.
Не зная, куда себя деть от волнения, Эмбер расхаживала по комнате из угла в угол. Она садилась на кровать, но тут же вскакивала с нее и подходила к окну, высматривая, не появится ли Уильям. От окна она выходила в гостиную, огибала ее кругом и снова возвращалась в спальню. Окончательно вымотавшись, Эмбер поняла, что с ума сойдет, если не успокоится. Неизвестно, когда вернется Уильям с новостями. Может, придется прождать до позднего вечера. Чтобы хоть как-то скоротать время, Эмбер решила отправится на Бэкстон-стрит и навестить маму и сестер. Сколько лет прошло с тех пор, как она видела их в последний раз? Семь? Девочки уже стали совсем взрослые, а мама, наверное, сильно состарилась.
Эмбер вышла из гостиницы и наняла извозчика. Она попросила высадить ее у самого начала Бэкстон-стрит. Ей хотелось прогуляться и посмотреть окрестности. Здесь почти ничего не изменилось. Многоквартирные невзрачные дома жались один к другому. Вчерашний ливень очистил мостовую, и сегодня улица не казалось такой грязной, как обычно. Свой старый дом Эмбер отыскала без труда. Вместо суконной лавки ее отца на первом этаже теперь была бакалея. Эмбер не стала заходить внутрь, а обогнув дом по узкому проулку, в котором едва могли разминуться два человека, проскользнула к лестнице, ведущей на жилые этажи. Их старая квартирка была сразу над лавкой, но в доме, помимо семьи Томсонов, жило еще три семьи – одна дверь в дверь с ними на втором этаже, а две других – на самом верхнем. Эмбер подошла к знакомой двери и постучала, ощутив, как этот звук гулко отдался у нее в груди. От волнения ее бросило в пот, сердце, того и гляди, готово было выпрыгнуть из груди. По ту сторону раздались шаркающие шаги, и дверь приоткрылась. На Эмбер с толстого лица незнакомой женщины уставились маленькие глазки.
– Чего надо? – грубо спросила дородная женщина.
– Вы кто? – выпалила Эмбер, пытаясь всмотреться в комнату позади неприятной особы.
– Я – кто? Я-то здесь живу, а вот кто ты, не знаю и знать не желаю.
Женщина попыталась захлопнуть дверь перед носом Эмбер, но та вскрикнула:
– Подождите. Я ищу свою мать и сестер, – еле переводя дыхание произнесла Эмбер. – Томсон. Их фамилия Томсон.
Женщина смерила Эмбер подозрительным взглядом.
– Мать, говоришь?
– Ну да. Где они?
– Там, – женщина ткнула пальцем в потолок.
Эмбер подняла глаза наверх и удивленно спросила:
– Мама перебралась на третий этаж?
– Если бы, – зашлась в лающем смехе толстуха, – померла твоя мамаша, и сестры тоже давно на небесах.
– Нет… – прохрипела Эмбер, чувствуя, как мир закружился у нее перед глазами.
– Смотри и ты не помри прямо на моем пороге. Тоже мне – леди. Вся в рюшах и кружевах, а раскисла, как испорченный пудинг. Иди отсюда, и не думай претендовать на квартиру, жилье теперь мое!
