Никому лучше не знать, что жить здесь теперь ей и вовсе невмоготу, как ни привыкла за зиму. Ингеборг разулыбалась и принялась с двойным усердием месить тесто. Но вдруг веселье оборвалось. Она обернулась к двери: там стояла Мёрд, разодетая, как истинная хозяйка. Рабыни попрятали взгляды, даже Бьёрна потупилась. Но не из-за уважения или страха все притихли, а лишь потому, что никто власти воительницы здесь рад не был. Уж как Сиглауг всех в ежовых рукавицах держала, а за самодурством замечена не была. Напротив, от Мёрд того и ждали - самодурства и несправедливости.
Девушка окинула всех взглядом, легонько смахнула выступившую от духоты испарину со лба.
- Хитро вы всё придумали, - будто сама себе пробормотала Мёрд, глядя перед собой. - Побратимство Лейви с ИНГОЛЬБОМ. ВОТ И теперь скальда вместо себя прислал, зная, что ему тут появляться нельзя… И говорить желает только с Хаконом.
Асвейг непонимающе нахмурилась, не зная, стоит ли что-то отвечать. Но похоже, промолчав, она не ошиблась: Мёрд просто ворчала, считая, что её обвели вокруг пальца. Однако всё стало ясно, когда они вошли в длинный дом. Там, кроме нескольких рабынь, которые убирали со стола посуду после трапезы, и Хакона оказался ещё и Лейви. Он тут же перевёл взгляд на Асвейг и белозубо улыбнулся, словно родного человека увидел. На глаза почему-то тут же навернулись слёзы.
- Вот, привела, как и просили, - недовольно бросила Мёрд и села рядом с мужем. Тот и не посмотрел на нее, продолжая о чём-то размышлять.
- Думаешь, я не понимаю, что не для себя ты рабыню выкупить хочешь? И что золото, которое ты мне тут за неё предлагаешь, явно не твоё. Красная цена ей -восемь марок. И лишнего мне за неё не надо.
- Я не хотела бы продавать Асвейг, - осторожно возразила Мёрд. - Работы в поместье много, особенно, если вы отправитесь в поход… Тем более отдавать Гагара сейчас неразумно.
Хакон дёрнул уголком губ, словно жена его раздражала.
- Мёрд тоже говорит дельные вещи. Мы собираемся в поход, в поместье останется не так много людей, чтобы работать и содержать хозяйство. И лишиться сразу двух рабов…
- У меня в Уппсале много хороших знакомых, - ничуть не стушевался Лейви, продолжая удерживать на губах приветливую улыбку. - И среди тех, кто торгует рабами - тоже. Я могу сделать так, что тебе пришлют самых лучших треллей совершенно бесплатно. Раз уж ты опасаешься, что твоё хозяйство пострадает.
На этот раз конунг наморщил лоб, подозрительно прищуриваясь. А Мёрд и вовсе обиженно нахохлилась: никто не любит, когда всё начинает идти не так, как рассчитывал. А вот Асвег наоборот, приободрилась, и нарочито беззаботный вид Лейви только прибавлял уверенности.
- Мягко ты стелешь, скальд. Да и кто бы сомневался 8 твоих умениях, - помолчав, вздохнул Хакон. - Что ж такого в этой рабыне, что Ингольв на всё готов пойти, чтобы её забрать и уберечь? Неужто по отцовским стопам пошёл, влюбился?
- Может, и влюбился, - Лейви пожал плечами. - И не хочет, чтобы она закончила так же, как его мать под гнётом хозяйки.
Он недвусмысленно вперился в Мёрд, а та аж покраснела. Конунг проследил за его взглядом и помрачнел.
- Вели брути, чтобы помогли Асвейг и Гагару собрать вещи, которые они смогут забрать с собой, - обратился он к жене. - Мне не нужны здесь рабы, от которых одни только проблемы.
- Но… - воительница встала, готовясь снова спорить.
- Я сказал, иди, - Хакон глянул на Асвейг - И ты тоже.
Зло шагая, Мёрд поспешила вон из дома. Пришлось бежать за ней, а то неровен час напоследок найдёт, за что отыграться.
- Не думай, что ты отделаешься так легко, - коротко обернулась воительница. - Я ещё поговорю с Хаконом…
- Тогда я тоже поговорю с твоим мужем, - сама для себя неожиданно ответила Асвейг. - Думаю, мне есть, что ему рассказать.
Мёрд встала, как вкопанная, и медленно повернулась к ней.
- И что же ты собралась рассказать ему?
- А то, что его жена в первую после свадьбы ночь бегала к Ингольву. Чтобы, верно, как рабыня, на сене с ним…
От громкого шлепка аж уши заложило. И только потом, когда словно огнём вспыхнула щека, Асвейг поняла, что Мёрд её ударила. Она успела удержать её запястье и шагнула навстречу, не обращая внимания на боль. По пальцам знакомо разбежалось покалывающее тепло. Убить её - так легко. Но как нелегко придётся после. Но, уже собираясь отпустить замершую от неожиданности воительницу, Асвейг помедлила, прислушиваясь к тому, что почувствовала. Гораздо больше жизненных токов, чем может вместить один человек. Едва заметные, тонкие, но обещающие разрастись и сплестись накрепко с нитями силы матери.
Сказать ей?
Асвейг разжала пальцы, давая Мёрд отшатнуться. Ничего, скоро узнает сама, когда не придёт лунная кровь.
- Ты - рабыня, и никто тебе не поверит, - переведя дух, буркнула хозяйка.
- Может быть. Но Хакон всё же задумается, почему он спал всю ночь вместо того, чтобы с женой быть, - Асвейг не дрогнув проследила, как та, уже подняв руку для нового удара, опустила её.
- Катись отсюда на все четыре стороны. И лучше тебе больше никогда не попадаться мне на глаза.
