Максвелл бежал по улицам Среднего города, не обращая внимания на окрики, он врезался в пару человек, извинялся и продолжал бежать. Миновав площадь Константина Великого, он выбежал на главный проспект, с которого тут же влился в ближайший проулок, благо здесь можно было не бояться получить нож под ребро на каждой хоть немного закрытой улочке. Совершенно не вовремя под ноги ему попался здоровенный камень и, пролетев приличное расстояние, он остановился носом прямо о роскошные босоножки милой дамы, ожидавшей своего кавалера.
— какое варварство, вижу вам не в впервой носом землю ковырять.
Максвелл с виноватой улыбкой поднялся с мостовой.
— привет Филь, прошу заметить, что у моего опоздания есть очень веская причина.
— боюсь, что какой бы ни была эта причина она не сможет простить вам вашу грубость.
И она протянула ему свою руку. Максвелл поднялся с мостовой после чего отряхнулся.
— вы правы миледи позвольте мне загладить свою вину.
Он поцеловал протянутую ему прекрасную дамскую ручку, однако этого ему показалось мало, и он протянул к себе девушку и поцеловал уже в губы. Та не сопротивлялась, она растаяла в его объятиях. На узкой улочке послышались шаги, и молодые люди нехотя отступили друг от друга.
— так почему ты опоздал?
— я вспомнил только на мосту, что забыл кошелек дома, пришлось возвращаться.
Это была правда лишь отчасти, офицер на проходной запросил за проход больше чем обычно, поэтому Максвеллу пришлось возвратиться, попутно сообщив о наглом легионере людям Дрына, больше этот зазнайка не будет повышать цену.
— ты слишком забывчив для лучшего студента своего курса.
— думаю о великом.
Он взял свою спутницу за руку.
— идём в "Три кабана"?
— там совершенно невоспитанные официанты!
— и лучшее мясо в столице.
— заказывать будешь ты.
И он повел ее по красивым и стройным улочкам среднего города. В академии им приходилось скрывать свои связи, безродный Максвелл был там постоянным объектом насмешек для высшей знати, и даже аристократов менее возвышенных домов, к которым принадлежала и Филоменна, которые отказывались считать его за равного.
— мой отец желает с тобой познакомиться.
— зря ты ему рассказала.
— тогда бы уже была обручена с каким-нибудь сыном третьего брата друга гвардейца императора, а так я выиграла время до выпуска.
— ты сказала ему кто я?
— нет.
— видать он был в ярости, аристократы слишком заботятся о своей, репутации, иметь кавалера без согласия родителей, да ещё и открыто об этом им заявлять, я смотрю, вы не из пугливых, юная мадам.
— мы ближе к народу чем к аристократии, наш род, это простые торговцы, родовое имение даже близко не стояло к столице, отец попросил меня не распространяться только и всего.
Максвелл задумался.
— до выпуска ещё два месяца, будет лучше если я сначала получу титул, а после пойдем к твоим родителям.
Поступившим по программе бесплатного обучения и проявляющим немалые успехи в учебе даровались дворянские титулы, для этого необходим был высокий процент среднего балла на протяжении всего обучения и научная работа, признанная академическим советом на выпуске, все это у Максвелла имелось. Филоменна, казалось, засияла от счастья, хоть и пыталась это скрыть.
— хорошая идея, уже придумал себе фамилию?
— Клинквуд, я думаю хорошо звучит.
— звучит как название деревни.
— ох простите госпожа Капсоль, мы, люди второго сорта, ограничены в своей фантазии, свинское условия, в которых мы живём дурно на нас влияют.
— ты прекрасно понял, что я имею ввиду, у меня есть редкая возможность выбрать себе будущую фамилию, и я не хочу менять свою фасоль на деревню, я сама выберу тебе фамилию.
Максвелл не стал спорить, с фантазией у него и правда были нелады. Он обсуждал титул с сестрой, но там та же история. Наконец они пришли к месту назначения, над входом высилась огромная свиная голова. Филоменна брезгливо сморщилась.
— ты похоже решил испортить мое отношение к тебе, что это за уродство?
— не суди о книге по обложке.
Он ввел ее в это достойное заведение, зал был полон, слышались громкие и веселые разговоры, аппетитно пахло жаренным мясом. Максвелл подозвал официанта.
— у нас бронь.
Паренёк кивнул и провел пару через зал к столику в углу.
Филоменна не выражала никаких эмоций. Максвелла это позабавило.
— чего ты погрустнела, подумаешь, пару сотен кило сегодня наберёшь, поверь, здешнее мясо того стоит.
— если меня тут увидят…
— никто тебя не увидит, это заведение для простых людей, расслабься и получай удовольствие.
К ним подошёл официант.
— чего будете?
Филоменна даже не повернула головы. Ответил Максвелл.
— неси рёбрышек и шею под острым соусом, ещё два пива… вернее одно пиво и соку для дамы.
Официант отправился выполнять заказ.
— говорила же, официантам тут стоит поучиться манерам.
— поверь, манеры — это последнее, о чем думают все эти люди.
Вокруг стоял нестихающий гвалт. Простые рабочие смеялись, рассказывали друг другу веселые случаи, в зале даже было видно еще несколько парочек, разумеется, не таких элегантных как наша.
