Особо приглядываться времени не было, но и правда, на головах перевертышей красовались какие-то металлические украшения. Дилан крутанулся вокруг своей оси, пытаясь отвлечь одного из оборотней, а потом резко наклонился вперед и попытался достать уже другого. Тот дернулся назад, но было поздно, коллега успел задеть странное украшение, послышался характерный хруст — оно оказалось достаточно хрупким, словно из стекла. Бриар тут же подсуетился и кинул в него слабеньким, но все же пульсаром. Шерсть вспыхнула синим пламенем, над пролеском пронесся нечеловеческий вопль боли… Тут же развернулась полномасштабная борьба против нападавших и не сразу, но все же нам удалось преломить ситуацию в свою пользу. Пока никто из людей Бертольда не заметил перемен в моей внешности, я раздобыла меч и тут убрала малейшие признаки трансформации. К сожалению, пользы от меня с мечом было меньше, чем с когтями. Не будучи талантливым фехтовальщиком и бравым рубакой, меня спасала только быстрая реакция и сила удара.
Бриар старался не отходить от меня и Дилана, прикрывая нам обоим спину. Через полчаса методичной борьбы, когда нас можно было просто брать и выжимать, все закончилось. Трясущимися руками сын герцога откинул длинный кинжал в сторону, сел на корточки и закрыл голову руками. Первым импульсом было обнять его и пожалеть, но если это его первый реальный бой и первые смерти, то, как любому воину это необходимо пережить самостоятельно. Моя жалость только раздразнит его. Похлопав шатающегося от усталости Веснушку по плечу, я присела рядом с юношей и положила голову ему на плечо. Вернее попыталась, потому что оставшиеся в живых, трое магов Бертольда, подойдя ко мне на расстояние вытянутой руки, угрожающе вскинули руки в преддверии атакующих заклинаний. Дилан тут же сориентировался и встал между нами с мечом и зажженным пульсаром. Оценив накаленную обстановку к нам тут же подбежал запыхавшийся Бертольд:
— Ни на секунду оставить одних нельзя! Что у вас опять случилось?
— Милорд, эта девушка, помимо всего прочего еще и оборотень! Такая же, как и те, что напали на нас! Это она навела их! Теодор погиб именно по ее вине!
— Что за бред ты несешь? — нахмурился Бертольд, но на пару шагов все-таки отодвинулся.
Я вспыхнула праведным гневом и отпихнула от себя Веснушку, не дай боги еще пострадает ни за что.
— Не несите чепухи, я сражалась рядом с вами и прикрывала хозяина собой!
— На многих телах следы от когтей и лично я видел, что ты выглядела иначе. Я не понял, что это такое, не было возможности рассмотреть, но на человека точно не похоже!
Понимая, что я сейчас могу попасть в худший переплет, чем нападение оборотней, сделала слабую попытку свести все к шутке:
— Все мы иногда бываем зверьми…
— Но не у всех растут когти… — задумчиво проговорил Бертольд, присев возле убитого мной оборотня и рассматривая рваную рану на груди.
Обведя края раны пальцев, он, не поднимаясь, посмотрел на меня:
— Алексия или как вас там на самом деле. Ввиду того, что вы все-таки защищали своего хозяина, а не загрызли его в тихую, я даю вам ровно одну минуту на объяснения.
— Не стоит мне ставить условий, — спокойной, но с ноткой холода проговорила я.
Проблема проблемой, но позволять использовать к себе такой тон я не собиралась.
Бертольд сощурился:
— Как так получилось, что оборотни вышли на нас? Почему их не брала магия, а главное, расскажите-ка нам, где вы взяли такой маникюр?
Лучше бы меня оборотень целиком проглотил, чем стоять сейчас под перекрестьем испуганных и ненавидящих взглядов, рискуя подпалить себе шкурку. Четверо магов, готовых к бою, на таком близком расстоянии это многовато даже для меня….
— Так она одна из них! — изо всех сил заорал неопрятного вида молодой человек:
— Она тоже оборотень. Такая же… Такая же тварь!
— Если быть честной, то иногда с этим определением мне трудно спорить… — едва слышно буркнула я и, повернувшись к громкоголосому оратору, обличительно ткнула пальцем в его сторону:
— Вот только обвинять меня во всех грехах не надо. Между прочим, натура у меня утонченная, могу и обидеться.
Парень явно хотел на это что-то ответить, но видимо на ум так ничего не пришло, и он запнулся. Я выпрямилась, с торжеством распрямила плечи и улыбнулась, глядя на то, как Бертольд осуждающе смотрит в сторону своего сотрудника. Тот еще немного помялся для вида и решился уже на открытую провокацию:
— И что ты мне сделаешь, перевертыш? Разорвешь так же, как их?
