После четырёх часов крепкого сна и вкуснейшего обеда мы были готовы отправиться обратно в бар «Кузница Лафита». Миссис Уилсон так обрадовалась нашему возвращению, что приготовила лазанью с чесночным хлебом и тирамису на десерт. Она ни словом не обмолвилась о нашей ссоре, произошедшей накануне, и перед едой даже чмокнула меня в лоб своими ледяными губами. Мне очень повезло с ней. Она тоже могла бросить меня, но, как и Оникс, предпочла остаться. Миссис Уилсон знала, что я лишился матери, и никуда не собиралась уходить. Даже Ханна разговаривала со мной так, словно между нами ничего не произошло. И всё же мне хотелось как-то ещё дать ей понять, что я раскаиваюсь.
Пока мы шли из лавки мадам Моник в бар, над нашими головами во всех направлениях простиралась бескрайняя синева безоблачно чистого неба.
«Кузница Лафита» встретила нас гостеприимно распахнутыми дверями; Стефани Бауэр наводила порядок снаружи. Если бы не несколько обломанных веток, я бы и не подумал, что это место пережило ураган нынче ночью – или, на худой конец, что в нём бушевали священник с пиратом. Бар выглядел точно так же, как и несколько лет назад, когда я посещал его на Хэллоуин в младших классах.
Сынишка мисс Бауэр, Ник, маленький темноволосый мальчик, выбежал на улицу помогать матери очищать тротуар. Пока она подметала листья, он собирал крупные палки и бросал их в мешок для мусора, который держал не кто иной, как доктор Миджли. Было так странно видеть его на улице, а не в кабинете. Его тёмные брови, резко выделяясь на фоне седых волос и бороды, придавали ему суровый вид, но карие глаза сразу же выдавали в нём добряка, который только и ждал удобного момента, чтобы рассказать забавную шутку. Несмотря на то что на его сеансах мне приходилось заново переживать боль от потери мамы, доктор Миджли мне нравился. Он был добрым и весёлым – для психиатра.
Я улыбнулся ему, и он помахал мне рукой.
Когда все прошли внутрь, я начал свой рассказ. Изложив в подробностях все злоключения, которые мы пережили прошлой ночью, я перешёл к самому интересному и приятному: к сокровищам.
– Мы должны вам кое-что показать…
Остальные молча наблюдали, как я отодвигаю стул от стены. Сейчас я чувствовал себя в тысячу раз лучше, чем несколько часов назад, когда его туда поставил. Воистину, четыре часа сна и хорошая еда пошли мне на пользу. Затем мы с Джейсоном начали вынимать кирпичи из пролаза и аккуратно складывать их возле стены. Когда я добрался до кирпича с символом, я осторожно извлёк его из кладки и показал собравшимся:
– Это тот самый. Будьте внимательны, не прикасайтесь к печати. Вчера она вызвала во мне безумную ярость.
Когда я положил кирпич на столик рядом с доктором Миджли, он сразу же достал фонарик и принялся рассматривать его вместе с Фрэнком и Еленой. Внезапно меня осенило, что на сундуке Лафит вырезал этот же африканский символ.
Джейсон отложил последний кирпич в сторону, и мы оба развернулись к мисс Бауэр. Не знаю, как Джейсон, но я переживал, что она накричит на нас за порчу стены.
– Эм… – промямлил я, съёжившись в ожидании скандала. Краем глаза я заметил, что Джейсон тоже неотрывно смотрит в пол. – Мне жаль, что так получилось с вашей стеной, но нам пришлось её разобрать, чтобы выяснить, почему Барнабе – это первый пират, которого мы похоронили, – задержался здесь.
Мисс Бауэр надула щёки:
– Пф, ничего страшного. – Махнув рукой в воздухе, она коротко хихикнула. – Ничего такого, что нельзя было бы исправить небольшим количеством цемента. Я-то думала, вы полстены разнесли. К тому же, как знать, может, её и вовсе не придётся чинить. – Она покачала головой и заломила руки. – Дела в последнее время шли не очень хорошо, поэтому я и пригласила вас. Я думала, что призраки отпугивают посетителей. – Она пожала плечами. – Если в ближайшее время положение не изменится, мне придётся закрыть бар.
– О, я уверен, вы ещё долго не закроетесь, – улыбнулся Джейсон, и его глаза заблестели, как у лори[19].
Я искренне обрадовался, что клад, который мы нашли, поможет мисс Бауэр сохранить бар, но какая-то часть меня всё же терзалась вопросом: а не стоило ли мне взять парочку драгоценных камней, чтобы помочь отцу расплатиться с долгами? Тогда я стал бы ничем не лучше пирата! Я бы себе такого никогда не простил.
– О чём ты говоришь? – Стефани подошла на шаг ближе. Остальные обступили нас так тесно, что нам с Джейсоном осталось только одно – залезть в землянку.
Мы с Джейсоном многозначительно переглянулись в стиле «хватит болтать, давай уже покажем, что мы нашли». По-прежнему улыбаясь, он поднял руки вверх:
– Только после вас.
Выудив из кармана фонарик, я включил его, лёг на живот и прополз в отверстие. Джейсон и Ханна последовали моему примеру.
– Вы же не надеетесь, что я полезу за вами? – воскликнула мисс Бауэр, и я услышал, как доктор Миджли недовольно заворчал.
– Смотри, мамочка! – Ник шмыгнул в дыру за нами. – Тут сокровища!
– Сокровища? – Снаружи послышалась возня, и через мгновение в отверстие просунулась рука с фонариком и показалась голова мисс Бауэр. – Вы нашли сокровища?
