Он заставил себя улыбнуться, но не смог погасить огня, пылавшего в глазах. Он шагнул к ней и потянулся к верхней пуговице на ее лифе.
- Собираюсь тебя любить.
- Что?
Шерли опустила голову и увидела, как расстегнулась первая пуговка, затем вторая. Ахнула и поймала его руки. Она уже плохо соображала. Он продолжал расстегивать ее лиф. Они оба сошли с ума, подумала Шерли. Последняя пуговка расстегнулась, и он снова посмотрел ей в глаза.
Она хотела его оттолкнуть, но в его поцелуе было столько нежности. Он нежно покусывал, дразнил и манил ее, пока она не ответила на его ласку. Он стал ласкать ее грудь. Сначала одну. Потом другую. Его пальцы нежно скользнули по соскам и они тотчас набухли.
Майкл взял ее груди в ладони. Два холмика стали горячими и болели. Его губы нежно, почти успокаивающе, коснулись ее губ.
Майкл тоже испытывал боль, но старался не замечать ее. Он подавил в себе острое желание снять с нее лиф. Это была сладкая мука. Шерли тихо вздохнула и напряглась.
Майкл уверенно шел к намеченной цели. Но был осторожен и терпелив. Он никогда не соблазнял девственниц, но интуиция подсказывала, что торопиться не надо. Пусть Шерли сама проявит инициативу. Так и случилось. Поколебавшись, она ухватилась за края лифа и раскрыла его. Затем стала высвобождать руки из рукавов. Завороженный Майкл, следил за каждым ее движением.
Шерли знала, что Майкла влечет к ней. Его желание было ощутимым, живым, горячим, как солнце, и передавалось ей через его прикосновения. Однако Шерли видела в его глазах не только огонь желания и страсти, в них было еще что-то. Так же, как в его ласках. И это "что-то" давало надежду.
Майкл потянул ее на край стола и, приподняв за бедра, снял с нее платье. Оставшись в нижней сорочке и нижней юбке, она не смутилась и не отвела глаза. Он снова стал ласкать ее грудь. Ее веки опустились, она запрокинула голову.
Майкл снова поймал ее губы и прильнул к ним. Без прежней нежности. Она была несравненна и почти принадлежала ему. Он прижался губами к нежной ямочке под мочкой уха., в то время как его пальцы быстро расправились с завязками нижней юбки.
Теперь уже можно спешить. Это даже необходимо. Пока все шло, как он задумал. Главное - не совершить ошибки. Не испугать ее. И не только потому. Что она невинна. Она нужна ему не раз и даже не два. А на всю жизнь. Союз их должен быть прочным. И он сделает все, чтобы она снова захотела его.
Он сдернул с Шерли нижнюю юбку, отправив ее вслед за платьем. Его рубашка последовала за ними. попутно он снял с нее подвязки и чулки. Шерли осталась в одной сорочке из тонкой ткани. Не переставая ласкать ее, Майкл раздвинул ей колени и встал между ее ног. При всем его опыте он открыл для себя множество еще неизведанных наслаждений.
Он подтягивал ее все ближе к краю стола, при этом она инстинктивно раздвигала ноги все шире и шире, чтобы дать место его бедрам. Она открылась навстречу ему. И ему снова пришлось усмирять разбушевавшихся бесов. Все должно произойти так, как хочется ей. Для Майкла сейчас это самое главное. Он осторожно просунул руку под ее сорочку и погладил атласную кожу. Затем его пальцы скользнули выше, к шелковистым завиткам.
Шерли ахнула, по ее телу пробежала дрожь. Глаза оставались закрытыми, но на ее лице отразилось предвкушение наслаждения. Он осторожно раздвинул мягкие складки и дотронулся до источника ее наслаждения. Ее лоно было горячим и влажным.
Он подтянул ее к себе еще ближе, и, оказавшись на самом краю стола, она невольно сжала коленями его бедра. Он гладил ее, возбуждал, а потом очень осторожно ввел палец в ее лоно. И почувствовал, как содрогается ее тело.
Наслаждение было на столько острым, что ей казалось, она не выдержит. Ничего подобного она и представить себе не могла. И жаждала завершения. Сейчас. Немедленно.
Майкл видел, что она уже готова принять его, и делал последние приготовления к своему вторжению, осторожно растягивая ее плоть. Он проник пальцем очень глубоко. Шерли застонала и уткнулась лбом ему в плечо, обдав жарким дыханием.
Не переставая ее ласкать, он снял брюки, отбросив их в сторону. Убрав пальцы из ее влажного лона, он подтянул ее еще ближе и прижал к ней свою плоть.
Она посмотрела в сторону кровать:
- А разве мы?..
- Нет. - Он едва мог говорить, почти все его силы ушли на то, чтобы вовремя остановиться. - В первый раз тебе так будет легче.
Неразумно было класть Шерли вниз и давить на нее своим весом. Она рискнула посмотреть вниз, но из-за сорочки, растянутой коленями, ничего не было видно.
- А как? - прошептала она.
- Очень просто... - Он придвинулся, одновременно подтягивая ее к себе, и вошел в нее. - Вот так!
Он никогда не забудет выражения ее глаз и лица в этот момент.
Она была узкая, очень узкая, но к счастью, не застыла, не напряглась. Он не останавливался, чувствуя, как податливо ее тело, проникал в нее медленно, неотвратимо, наполняя ее, погружаясь в нее целиком.
