Поскольку я знаком с досоавторским вариантом, имею, кажется, право сказать, что книга Гродзенского только, хотя редакция Подляшука чувствуется. Ее я заметил в некотором сокращении «живописи», во вставке историко-партийных абзацев, в заострении «партийности» (в случае с Богдановым – грубовато). И хотя это несравнимо с трудом автора – коренника, но все это пошло на пользу, и не только в практически-издательском плане, но и по существу.
Дорогой Яша! Поздравляя тебя с несомненным успехом, дабы ты не подумал, что я оцениваю «Стойкость» слишком по-дружески, сделаю и некоторые критические замечания.
Признаюсь, на стр., посвященных истории инквизиции, я поскучал. Заодно о скучном: в конце, где речь идет о практической работе Величкиной по школьной гигиене и т. п., слишком пространно пользуешься текстом документа, а он скучноват.
«Реляция», применительно к деловой полицейской переписке (стр. 25), мне кажется, не подходит. Обычно это слово применяется к военным сообщениям победного характера.
«Хитрый дом» (45) не из современного ли лексикона?
«Два враждебных лагеря… А тут еще появились революционные листовки» (42) несопоставимо.
«Поле потемнело от крови» (стр.57). Образ сам по себе неудачен, а в данном случае – явное преувеличение.
«Надо бы поздороветь» (93).
«Она не отказалась посещать больных даже в 1912 г., когда в П. участились грабежи…» Надо бы переставить, чтобы 1912 г. не был на первом месте и не после «даже».
И раньше говорил тебе, но ты не внял: как не расшатаны были рельсы в 1915 г., я все же затрудняюсь представить себе «подскакивающий на них вагон» (110 стр.).
Но все это, конечно, «блохи».
Письмо твое, вслед за книгой посланное, получил тоже.
Химики – герои следующего повествования, мне, как я тебе говорил, тоже не нравятся.
Вспомнил о твоем поиске темы, читая Луначарского. Он в двух словах упоминает очень интересного деятеля большевистского подполья Вилонова Никифора Ефремовича (1883–1910), одного из организаторов Каприйской школы. О нем, правда, писал Лившиц С. «Михаил Заводской»3. М., 1929. Хотел взглянуть, но как на грех, закрыли на ремонт нашу городскую библиотеку. Может, заглянешь. Ведь о Величкиной до тебя тоже писали!
Яша, я накануне большой перемены своего жизненного цикла. 2 июля явился к ректору и официально предупредил его о выходе на пенсию, с предложением вполне устраивающей его кандидатуры взамен себя. Думаю, выйти в ноябре (с окончанием работы моего аспиранта).
Через 3 дня уезжаем в Новосибирск, где пробудем у Гали4 неделю, а затем в Красноярск и по Енисею до бухты Диксон.
Есть, Яша, у меня к тебе небольшая просьба. Когда посетишь Ленинскую б-ку, зайди там в бюро находок (думаю, что там есть нечто вроде этого) и узнай, не нашлась ли моя тетрадь. Прилагаю копию моего к ним письма.
Страшно жалею сорвавшейся поездки в Москву. Ждал вызова на совещание историков права. Вызов телеграммой был послан 26 июля на 29-е. Получен же в институте 1 июля, когда выезжать не имело уже смысла.
Яша, со справкой в Ленинской б-ке нет никакой спешки. Все равно я уезжаю, и до сентября моя пропавшая тетрадь мне не понадобится. Так что поинтересуйся ею только при случае.
Ну, желаю тебе отдохнуть после переселения, найти тему и засучив рукава…
Рад был бы стать соучастником. Но по прочтении «Стойкости», откровенно говоря, думаю, был бы мало чем тебе полезен. Разве что по части сбора материала.
Привет Нине и Сереже.
Борис.
P. S. Брошюрой, мною посланной, ты пренебрег напрасно. Все дело как раз в той параллели, какая неизбежно возникает при сравнении этих двух лиц.
При естественном у авторов желании избегнуть такой параллели и не дать ей возникнуть в сознании читателя, факты упорно вызывают именно эти ассоциации. Стоит посмотреть.
Роза шлет тебе привет и поздравление с успехом. Она сейчас как раз читает твою книгу.
1 Вероятно, имеется в виду сербский писатель Лаза Лазаревич (1851–1890).
2 Федоров Александр Митрофанович (1868–1949) – русский прозаик, поэт, драматург. Речь идет о его стихотворении «Земля».
3 Михаил Заводской – партийный псевдоним Н. Е. Вилонова.
4
Б. Ф. Ливчак – Я. Д. Гродзенскому
12.11.70
Дорогой Яша!
Только что кончил чтение Бакунина1. Напиши, куда его выслать. Я не уверен, что ты еще в Рязани, может быть, в Ленинграде или в Москве.
Книга написана хорошо. Я еще не все перезабыл из Стеклова (его пара томов о Бакунине стоят на моей полке), но кажется, что сверх сказанного им много нового.
Догадываюсь, почему эта тема проложила себе путь к печатному станку. Участник предпоследнего международного конгресса историков (в Италии), автор книги, присланной мне тобою (опять спасибо!), рассказывал, как нашей делегацией был там воспринят блестящий доклад с новейшими изысканиями о Бакунине.