— Культура, Витя, — здесь Дубровин уничтожающе посмотрел на Сватова, — культура не создается грязными руками и людьми, лишенными чувства собственного достоинства…
— Ах, вот оно что, — Сватов помедлил, словно примериваясь. — С твоим подходом, Гена, мы до сих пор не выбрались бы из пещер. К счастью, человечество всегда делилось на людей создающих культуру и потребляющих ее.
— Я бы сказал иначе: на создающих культуру и… культурных. В таком случае я предпочитаю оставаться в числе последних. Хотя по части разделения труда ты, несомненно, прав. Одни читают книги, другие их пишут. С этим приходится смиряться и тем и другим.
Дубровин посмотрел сначала на Виктора Аркадьевича, потом на меня.
— Желаю удачи, — сказал он. — Счастливо оставаться. А я умываю руки.
Наш приятель спустился к реке и действительно самым тщательным образом вымыл руки. Поднялся на взгорок, задумчиво глянул на темную воду, потом по сторонам, словно прощаясь с этими местами навсегда, и пошел к машине.
В понедельник утром Сватов первым делом заскочил в универсам к Пете. Надо было решать с бурводами. Наступление в Ути он разворачивал широким фронтом и сразу на всех участках. Раскрутив дело с водой, намеревался переключиться на остальное. Но здесь все оказалось гораздо сложнее, чем можно было предположить. Организация, занимающаяся бурением скважин в сельской местности, находилась километрах в сорока от города, к сожалению, не в сторону Ути. От универсама, правда, совсем недалеко. Сватов намеревался, прихватив Петю, отправиться туда для знакомства, но директор магазина его остановил: сейчас сам будет. Набрав номер, он попросил к телефону Олега Михайловича. Того на месте не оказалось. Где-то на территории, ответила секретарша.
— Опять, значит, загудел, — пояснил Петя, прикрыв ладошкой микрофон. — Там, на территории, у него одни трубы. — И, убрав ладонь, попросил: — Объявите по радио, чтобы срочно подошел к аппарату.
— А кто его спрашивает?
— Скажите — Петя. Я буду ждать, пусть перезвонит.
Минут через двадцать Олег Михайлович явился лично. Глянув на него, Петя окончательно удостоверился в верности своей догадки. Начальник бурвод гудел и подрагивал, как телефонный столб в ураганный ветер. Даже содрогался, готовый надломиться. Петя открыл сейф, достал бутылку «Московской» и граненый стакан. Олег Михайлович посмотрел на него укоризненно и погрозил пальцем. В том смысле, что в рабочее время он ни-ни. Тем более в одиночку.
— Что я тебе, водопроводчик? — сказал Олег Михайлович, вынимая второй стакан из кармана своего дождевика.
Сватова растрогал малосольный огурчик, который Олег Михайлович из стаканчика вытряс и тут же ловко перочинным ножиком разделил на кружочки.
— Я за рулем, — сказал Петя. — Товарищ тоже. Ты лучше скажи, как товарищу на участке скважину пробурить.
— На дачном, что ли? — Начальник бурвод оживился, но, услышав пояснение про ветеранов, тотчас сник. — Частным лицам бурение не производим. Только для организаций.
— А кто производит?
— Кроме нас, никто.
— Так вы, значит, производите?
— Труб нет, а то бы мы сразу произвели бурение… За наличный расчет в сотню бы и вышло, если напрямую, ну и там все прочее, насчет угощения непосредственным товарищам… А так — пиши заявление.
Олег Михайлович говорил как бы обиженно:
— Раз вы хотите официально, будем делать официально.
— И сделаете? — уточнил Сватов.
— Обещать не могу. Потому как… труб нет.
— А неофициально что же, есть трубы? — Сватов чувствовал, что от такой невразумительности он закипает.
— Даже официально нет.
— А если я достану вам трубы?
— Лучше, если напрямую, чтобы за наличные…
Продолжалось это довольно долго, правда, по убывающей — накал разговора падал в соответствии с уровнем жидкости в бутылке. Зато в той же пропорции возрастала невразумительность: «Кто-нибудь еще делает?.. Это можно… Если официально… Это нельзя… Если не официально…» Ну и так далее…
— Ты с товарищем не крути, — вступил наконец Петя. — Товарищу надо сделать. А я тут тебе заказ составил, пока вы договаривались. — И повернувшись к селектору: — Валя, собери нам, пожалуйста, по третьему списку. Товарищ из конторы бурения к нам давно не заходил. — И многозначительно подмигнул Сватову.
Олег Михайлович вяло запротестовал:
— Я не при средствах.
Сватов понял Петю и поспешил предложить свои услуги:
— Ладно, ладно, я заплачу, потом разберемся.
И покраснел.
Взяток он еще ни разу в жизни не давал, оттого и смутился. Но его смущения никто не заметил. Зато разговор сразу как-то продвинулся.
— Пишите от совхоза письмо, — сказал начальник потеплевшим голосом. — На той неделе и пробурим.
— Нельзя на той неделе, — сказал Петя. — У него без воды стройка стоит.
— Понял, — охотно согласился Олег Михайлович. — Тогда завтра. Но я лично должен быть. Чтобы на месте и непосредственно…
— Ладно, ладно, — выпроваживал его Петя, подталкивая к дверям и вручая перевязанную шпагатом коробку, — замочим мы еще эту скважину.
