— Скажите пожалуйста, Денис Федорович, — спросил следователь, — в день убийства у вас была назначена встреча с Горным?
— Да. Я уже говорил. На половину десятого в его офисе.
— А когда вы последний раз виделись с Афанасием Никитичем?
— Накануне. В ресторане ДК.
— Какова была тема разговора?
— Я предложил ему мир.
— Он отказался?
— Он согласился.
— Простите, но в это трудно поверить, Денис Федорович. У комбината большие проблемы, виновником которых вы считали Горного, и у Горного большие проблемы, виновником которых он называл комбинат. Насколько я знаю, кто-то банкротит его завод, а местное ФСБ вот уже неделю старается над его ювелиркой.
— И зачем я тогда с ним встречался? — усмехнулся Денис.
— Ну это довольно очевидно. Горный — теневая фигура. На экране не появляется, на приемах тоже. Людный ресторан — идеальное место, чтобы показать человека киллеру.
Денис помолчал.
— Вы совершенно серьезно думаете, — сказал он, — что вице-президент крупного холдинга не имеет других способов показать Горного киллеру, как нарисоваться с ним в ресторане?
— Почему нет? Это удобный способ.
— Хорошо. Предположим, я бы показал Горного киллеру. Киллер, по вашей логике, должен был бы проводить его до дверей особняка. А потом он должен был бы выслеживать Горного несколько дней. Уточняя все его перемещения и распорядок дня. Разве не так?
— Не так. Дело в том, что сегодня утром вы контролировали по телефону все перемещения Горного. Раненый охранник пришел в себя, и он показывает, что за несколько минут до покушения Горный говорил по телефону с каким-то Денисом и сказал, что он в универмаге. Точные слова Афанасия Андреевича были: «Я же сказал, я в универмаге!» То есть вы заранее знали, где он будет.
Денис помолчал.
— Если бы мы считали, что пуля в голове Горного разрешит все наши проблемы, мы бы вряд ли потратили на банкротство его завода четыреста тысяч долларов. Служба безопасности призвана решать проблемы комбината, а не создавать их. А любое убийство проблемы создает.
— Как, например, попытка убить Мансура. Она ведь создала вам кучу проблем, не правда ли?
Денис еле сдержался.
— Олег ненавидел Мансура, как чечен — кровника. Сначала найдите Олега и получите у него показания, что это я заказал ему Мансура, а потом предъявляйте мне обвинение.
— Самарин признался Мансуру в убийстве Панасоника.
— Я бы на месте Мансура сказал, что он признался в сотрудничестве с Бен Ладеном.
— У вас есть какие-нибудь версиии, кто мог убить Горного?
— Афанасий Горный был должен очень много денег. Мансуру. Губернатору.
Степану Бельскому. У него была куча обязательств перед самыми разными уголовниками. И он платил им из денег, которые он снимал с железной дороги.
Когда железнодорожные деньги кончились, у него возникли колоссальные проблемы.
Если Горный решился на то, чтобы устроить железнодорожный кризис, то, будьте уверенны, — такие вещи делаются не ради собственной прибыли. Такие вещи делаются ради собственной шкуры, если вы боитесь, что кредиторы отвернут вам голову.
— Вы угрожали Горному во время вашей встречи.
Денис подумал несколько секунд, тщательно формулируя ответ.
— От имени нашего холдинга и полпреда президента я предложил ему возглавить «Южсибпром». Он согласился. Его партнеры испугались, что согласившийся Горный очень много может рассказать. И вот результат.
— Ну что же, — сказал следователь Шевчук, — вот вам протокол, прочтите и распишитесь.
Денис нашел Ахрозова в ресторане с Настей. Раньше за Ахрозовым не водилось привычки посещать ресторан в дневные часы. На Насте были рваные джинсы и белая маечка с прорезями. Черные короткие волосы были, словно золотым ободком, украшены солнечным светом, лившимся из узкого окна. Настя бросилась ему на шею:
— Денис, тебя отпустили! — закричала она.
— Отпустили. И даже не взяли подписки о невыезде. Я вечером лечу в Москву, — хочешь со мной?
— Конечно, хочу!
Ахрозов нахмурился.
— А кто следователь? — спросил он.
— Следователя прислали по такому случаю из Черловска. Из следственного комитета МВД. Шевчук Дмитрий Борисович. Сука полная. Мне Самарин в свое время говорил, что он работает на группу «Сибирь».
— А кстати, — спросил Ахрозов, глядя в упор на Дениса, — это правда, что ты Самарину еще и заплатил за Мансура? Пятьдесят штук.
Рука его легла на плечи Насти.
— Настя, оставь нас на минутку, — попросил Денис.
— Почему? — сказала Настя с вызовом. — Мне здесь нравится. Ты же мне два раза это место обещал показать.
Денис вспыхнул.
— К вопросу о Самарине, — спросил Денис, — это правда, что ты у Самарина попросил его девушку, а когда Самарин тебе ее не дал, ты Самарина напоил, а девушку изнасиловал?
