Странное дело – никто из инженеров, менеджеров и летчиков ЧАЗа не сомневался, что из себя представляет Степан Бельский. Многие хорошо помнили прежнего директора, шепотом рассказывали, что его хлопнул чуть ли не сам Степан. Однако никто не радовался возвращению блудного ЧАЗа в лоно государства. Никто не сомневался, что в этом случае проект «Цезарь» не будет завершен, а деньги, выделенные на него, – растащены.
Первую половину ноября Степан провел на заводе. В финансовые дела он не вмешивался, впрочем, в них он всегда понимал достаточно слабо. Почти все дни он проводил на летном поле.
«Миг-1-48» был уже доведен до ума, машина вошла в период испытаний, и Степан, если позволяла погода, совершал по два вылета в день. Остальное время он пил с пилотами и шлюхами.
На этом-то летном поле и застал Степана вице-губернатор области. Смотрящий над российской металлургией стоял на коленях в промозглом ангаре и вместе с техниками заворачивал какую-то гайку.
– Степан Дмитриевич, – позвал вице-губернатор.
Ему пришлось позвать так раз пять, прежде чем Бельский закончил с гайкой и подошел к выходу из ангара. Бельский был небрит, и от него слегка с утра попахивало пивком. Одет он был в оранжевый летный комбинезон и сверху – ватник.
– Ну? – сказал Бельский.
– Степан Дмитриевич, я не знаю, передавали ли вам, но завтра в администрации области совещание. Вудут Цой и Черяга, по поводу всех этих судов… И вот мы хотели бы… от вас потому что никаких указаний…
Бельский хмуро глядел на вице-губернатора, и от этого взгляда у чиновника заболела печенка.
– С моей стороны никаких указаний не будет, – хрипло сказал Бельский, повернулся и пошел к развороченному самолету.
Денис прилетел в Черловск рейсовым самолетом Ту-154, который приземлился на аэродроме в 21.39.
Старенькая «Тушка» долго выруливала на стоянку, а когда самолет наконец остановился, аэродромное начальство не спешило подавать к нему единственный имевшийся в аэропорту трап. Наконец трап выкатили и установили. Пассажиров первого класса пригласили к выходу. Самолет стал на стоянку в восточном углу аэродрома, справа от здания аэровокзала.
Денис сбежал по трапу первым и нырнул в поджидавший его бронированный «Мерседес», который еще накануне перегнали из Ахтарска. За «Мерседесом» ждал джип сопровождения.
Чартерный самолет Цоя сел на аэродром в 21.47. Ему потребовалось две минуты, чтобы вырулить на стоянку, которую ему отвели в самой западной части аэродрома, а трапа ему не было нужно. Стюард открыл дверцу, расположенную в хвосте самолета, охранники Цоя выскочили наружу, и через мгновение Цой занял место в «Чайке», сопровождаемой джипом. «Чайка» Цоя поверх брони была покрыла клароловой пленкой, купленной по две тысячи долларов квадратный метр у Ахтарского холдинга.
Ворота со взлетного поля были расположены слева от здания аэровокзала, в южном торце ограды. Машины Цоя и Черяги ехали к ним с разных сторон.
Водитель Цоя первым заметил фары вывернувшейся из-за дальних самолетов машины, прикинул, чей это может быть автомобиль и, не дожидаясь напоминания хозяина, нажал на газ, чтобы первым оказаться у ворот.
Денис, задремавший было на сиденье, внезапно проснулся, уставился на приближающиеся огни и подобрался, как кошка.
«Мерседес» и «Чайка», включив дальний свет, летели по полю. До поворота на дорожку, ведущую к воротам, оставалось двадцать метров.
– Не тормозить, – спокойно приказал Цой.
– Не тормози! – крикнул Денис.
Машины одновременно достигли поворота и так же синхронно повернули. Бронированный капот «Чайки», оклеенный сверху клароловой пленкой, столкнулся с бронированным капотом «Мерседеса». Послышался глухой удар и выворачивающий душу скрежет. «Мерседес» вылетел с дороги, как пушинка. «Чайку» слегка развернуло. В «Мерседесе» мгновенно сработала система безопасности, и воздушная подушка пихнула Черягу в лицо. Денис тюкнулся затылком о сиденье, кое-как справился с подушкой и выскочил наружу.
Оба джипа сопровождения уже остановились, и из них высыпали крепкие ребята с автоматами и в камуфляже. «Мереседес», сброшенный с дороги, стоял левым боком в травяной грязи. Капот его был весь разворочен, фары не горели. На «Чайке» не было ни царапины. Денис обошел «Мерседес» кругом: левое переднее колесо лопнуло, и резина растеклась по асфальту, как использованный презерватив.
Дверца «чайки» открылась, и из нее вышел Константин Цой.
– В следующий раз вам придется попробовать что-нибудь более эффективное, – сказал Цой, – например, снайпера.
– Ничего, – ответил Денис, – это хорошая реклама нашей пленке.
Автоматчики, неотличимые друг от друга в одинаковом бело-сером камуфляже, стояли, как вырезанные из камня. Псы не лаяли, пока хозяева не отдали приказ. «Чайка» начала медленно разворачиваться. От ворот аэропорта к месту дорожно-транспортного происшествия уже бежал какой-то солдатик.
– Подвезти? – спросил Цой.
