— Ты… Тебе надо быть увереннее в себе, — сказала она немного сердито, — Ты вообще-то симпатичный, ты знаешь об этом? И… лучше многих.
— Вообще-то, комплименты положено женщинам делать, — я улыбнулся, смущаясь не то от её слов, не то от собственной неуклюжести.
— Хм. Ну, поскольку я их от тебя не дождалась, то решила взять всё в свои руки, — Жасмин ещё пыталась сердиться, но я видел, что она сдерживает улыбку.
— Что ты делал всё это время? — она уселась на диван и взглянула на меня.
— Навестил Оливера. Чему очень рад, — а ещё тому, что разговор сменил направление, — Потому что мы наконец-то поговорили не как ученик с наставником, а как взрослые близкие люди. Хм, и я, наверное, узнал о нём больше, чем за все предыдущие годы.
— Рада за вас. Думаю, вы оба в этом нуждались.
Я кивнул:
— Знаешь… я думаю, это твоё влияние. Ты всё время тормошишь меня. Ты разбудила во мне что-то. Вытащила меня из раковины. Оливеру этого не удавалось сделать — потому что он сам такой же как я. Да и Джеффри тоже. Ведь его шарм и позёрство — всего лишь маска.
Она кивнула:
— Да, я знаю.
Я улыбнулся:
— Я до сих пор до конца не привык, что тебе не нужно ничего объяснять.
Жасмин набрала воздуху и выдохнула:
— Нет уж, объясняй. Говори со мной, Виктор. Мне это нужно. Да и тебе тоже. Я хочу слышать твой голос, — она смотрела на меня снизу вверх: маленькая, немного сердитая, но при этом очень нежная.
— Да. С тобой мне хочется говорить, — я переступил через свои глупые страхи и обнял её, крепко, но бережно, стараясь передать ей всё то тепло, что было во мне. Которое рождалось благодаря ей. И я хотел его вернуть.
Несколько мгновений мы так и стояли, молча, замерев. Потом Жасмин, не размыкая объятий, сказала:
— Наверное, уже пора.
Я чуть отстранился и посмотрел на неё, встретив взгляд уже столь дорогих зелёно-карих глаз.
— Пора отправляться в сон.
Да, пора. Пора сделать следующий шаг.
Я оказался в толпе. Плотной колышущейся зыбью она обволакивала меня, постепенно подталкивая куда-то. Жасмин рядом не было. Я попытался оглядеться, но всё, что я видел вокруг, было море людей, наполнявшее большой продолговатый зал. Метро. Да, это похоже на вестибюль метрополитена с платформами по бокам, и толпа, колыхаясь, несла меня к одной из них. Эти люди вокруг… я присмотрелся к ним — не все из них были лишь образами. А это значило, что кто-то притащил в один сон и удерживает несколько десятков, а быть может, и сотен людей. И этот кто-то — мой брат. Его возможности явно превосходили мои.
Я крикнул:
— Жасмин! — в надежде, что она отзовётся. Но если так и было, я не услышал её голос в гудении толпы. Но зачем столько людей? Несмотря на свой образ жизни отшельника, я не боялся быть в толчее. Не боялся метро и поездов. Жасмин. Жасмин боится толпы. Вот почему. Но… как он узнал?
— Жасмин!!! — я подпрыгивал, пытаясь смотреть поверх голов. Но Жасмин с её ростом легко не заметить и рядом. Нет, Виктор, ты всё делаешь не так. Это же сон. Постарайся почувствовать её. Попробуй разогнать толпу.
Толчея усилилась. Меня пихали и толкали, и влекли куда-то. Невозможно сдержать натиск, зацепиться за что-то. Я был словно щепка в водовороте. И в какой-то момент не почувствовал опоры под ногами. Я куда-то падал. Но падал недолго — я оказался стоящим на путях метропоезда. Толпа колыхалась плотной стеной у самого края перрона, лишая возможности взобраться на него — меня отпихивали обратно, наступая на пальцы. Я огляделся: вместе со мной на пути свалились ещё несколько человек. И некоторые из них были настоящими людьми, не проекциями. А значит, реальность кошмара могла нанести им вред. Стараясь, чтобы голос звучал как можно более властно, я заорал:
— Отойдите от края!
Толпа чуть отодвинулась, и я принялся выталкивать вверх на платформу тех, кто был рядом со мной. Краем глаза я уловил свет в туннеле. Последней я подсадил женщину, и уже готовился, что железная махина поезда выбросит меня из сна, или же погрузит в дальнейший кошмар, когда чья-то рука с силой дёрнула меня на перрон и сквозь толпу увлекла в маленькую нишу в стене. Где я, наконец, смог разглядеть своего спасителя — то был Анри. Несколько мгновений мы, молча, смотрели друг на друга. А потом обнялись.
— Как ты? Где ты? — я чуть отстранился и взглянул на него.
Он выдохнул:
— Так, ничего. Терпимо. Не знаю, где я — окна закрыты ставнями. Но это похоже на обычную квартиру. Виктор, я… я не хочу причинить тебе вреда. Ни тебе, ни этой девушке.
— Жасмин… Ты знаешь, где она? Что с ней?!
— Она в безопасности. Он хотел поговорить с ней.
— Что?! — я выскочил из ниши на платформу, — ЖАСМИН!!!
Да чтоб вы все исчезли!!!
