– Разве мы не ради этого едем? Чтобы развеяться и погулять? – спросила она немного погодя, и этого секундного замешательства Шеннону вполне хватило, чтобы понять: еще не все потеряно.
– Да тебе просто слабо! – прибегнул он к запрещенному приему.
– По себе не суди, лузер! – хмыкнула девушка.
В комнате послышались шаги и оживленная возня. Ее спасение было совсем близко. Патриция улыбнулась. Джаред тем временем, возвращаясь с пустого балкона, навернулся о перевернутый чемодан девушки и громко ругнулся. Комната была пуста, ее «блэкберри» лежал на столике рядом с сумочкой. Далеко без своего телефона она запропаститься не могла. Девушка мысленно вела обратный отсчет. Три. Два. Один.
– Патти!
– Джей! – охотно откликнулась она.
– Бесстрашная Бэйтман сдрейфила, – время было явно не на его стороне, и меры становились все отчаяннее. Рискуя своим здоровьем, психическим и физическим, старший Лето не сдавался. – Просто признай свое поражение сейчас. Просто ты недостаточно крута, чтобы…
Окончание фразы выбила глухим стоном и не менее глухим стуком дверь, которая со всей дури открылась ему по спине. Бэйтман только усмехнулась, наблюдая за тем, как бедолага скрючился от вполне заслуженной боли, и тут же бросилась к Джею в объятия.
– Представляешь, Пирожок, этот кретин закрыл меня в ванной и вынуждал согласиться на такие глупости… – наябедничала она на Шеннона, надув губы, а потом наклонилась к нему еще ближе, прошептав на ухо: – Он хотел, чтобы я споила тебя, – достаточно громко, чтобы это услышал и неудачливый заговорщик.
– Предательница, – тут же прохрипел он.
Джей рассмеялся и похлопал брата по плечу. Тот, недовольно нахохлившись, бросил убийственный взгляд на Патрицию, который должен был означать, что их недолгосрочный брак расторгнут, и вышел вон. Элвис покинул здание. Прощай, король, настало время королевы.
Первый пункт коварного плана был исполнен настолько мастерски, что даже не пришлось прибегать к жалкой игре лысого медведя.
– Ше говорил, что ты любишь строить особые планы на Вегас, – второй пункт плана, запудрить мозги и вызвать одобрение, вступил в силу. – Не знаю, забронировал ли ты уже номера в отеле… – девушка запнулась, изображая нерешительность. – Знаешь, мне всегда было интересно, есть ли там еще отели в духе того из «Внутреннего порока», где безвкусие неоновых семидесятых граничит с такой же технологической отсталостью. С вентилятором над потолком и радиолой или еще каким анахронизмом. И чтобы там было безлюдно, как в последнем сезоне «Американской истории ужасов», а…
– На ресепшене стояла Леди Гага, и в пододеяльнике был зашит труп.
– Фи, таким быть, Джей! Я же серьезно… разве тебе самому не надоело останавливаться в сетевых отелях под одним и тем же псевдонимом?
– Предлагаешь найти отель-убийцу и зарегистрироваться там на твою фамилию? Конфетка, до следующего Хэллоуина еще полгода, – Джаред поцеловал ее в надутые губы. – Но если ты так хочешь, мы можем вместе поискать что-то эдакое прямо в полете.
– Ты просто чудо! – воскликнула она, обнимая мужчину.
Второй пункт плана выполнен, мой генерал. Остался только мастерский отвлекающий маневр перед отчаянным броском вперед. Блицкриг, мать его!
Как только Шеннон озвучил свою безумную идею, первой мыслю Патриции было полное и бесповоротное отторжение, но шестеренки в ее голове закрутились совершенно неожиданным образом, и девушка решилась-таки на неповоротливый поворот. Зрелище пьяного Джареда, пускай даже исключительно воображаемое, было слишком сильным аргументом «за», чтобы решиться и попробовать. А план, как и все гаденько коварные злоумышления в этом мире, рождался быстро и сам по себе.
Патриция еще сильнее прижалась к наивно счастливому Лето и сама улыбнулась, правда, недобро и коварно, позаимствовав оскал его экранного героя. Это Флэшпойнт, детка!
Ярким солнечным утром самолет приземлился в Барселоне. Едва спустившись с трапа, Робин позабыла обо всей своей усталости. Ей хотелось как можно скорее увидеть Криса, обрадовать и по возможности ошеломить его своим неожиданным появлением.
Добравшись до своего отеля, она приняла душ, надела свое крохотное белое платье, точно созданное для плясок на бразильском карнавале, и отправилась завтракать.
Сидя в кафе, Роббс наслаждалась ласковыми лучами испанского солнца, свежевыжатым соком из красных апельсинов и планировала, как ей лучше добраться до Олимпийского стадиона имени Льюиса Компаниса, на котором Coldplay через несколько часов должны будут проводить саундчек. Такси в Монжуик будет тащиться слишком долго, поэтому Уильямс решила ехать на метро. Спрятав озорной взгляд за темными стеклами солнечных очков, девушка прихватила свою яркую маленькую сумочку и поспешила в сторону испанской подземки. На ее губах блуждала поистине загадочная улыбка. Поэтому, когда двое молодых испанцев присвистнули ей в след, Уильямс звонко расхохоталась и послала парням воздушный поцелуй. Сегодня она была счастлива.
