Меня никто из временного прибежища выпускать не собирался. Меня держали не в комнате или подземном бункере, а в самом обычном шатре, переделанным под отдел полевой медицины. Вот только охраняли её именно бойцы боевого крыла Службы Безопасности Государства, вооружённые по самому последнему слову Иномирской оружейной мысли. К тому же, охраняли меня не одинокий боец, а целая двойка молчаливых мужиков, держащих в руках автоматы Калашникова самой последней модели. На мои попытки выйти из палатки, они отвечали направленными в мою сторону автоматными стволами, сразу намекая, что теперь я не почётный гражданин государства, а настоящий заключённый, разве что без оков и тюремной робы. К тому же меня лишили вообще всего вооружения и доступа к внешнему миру. Казалось бы, протянуть руку за тонкую стенку медицинского шатра и вот она желанная свобода, но нет. У меня не было никакого шанса даже прорезать эту самую стенку из болотного цвета брезента. Единственное, что меня радовало, так это наличие внутри шатра печки-буржуйки, которая не позволяла мне околеть. Плотный брезент не пропускал холод и можно было сидеть на кушетке, слушая потрескивание сжигаемых дров.
Ожидание мне сильно не нравилось. Было понятно, что быстро от меня не отстанут и может быть, что посчитают чуть ли не за сумасшедшего, чего мне откровенно не хотелось. Слишком сложные могли быть отношения с безопасниками. Много проблем можно было нахвататься, а просто так открестись не получится.
Когда послышалось приближение целой группы людей, которые, совсем не стесняясь окружающих, топали по плотной истоптанной земле, то я понял, что ничего хорошего ждать точно не стоит. Я слышал знакомые голоса, среди которых явственно выделялся голос самого президента. Было сложно представить, насколько важным было случившееся, если в мою сторону шла фигура подобного масштаба. Данилов определённо был представителем офицерского состава, получивших своё место не только через сложные переплетения коридорных интриг внутри самих министерств.
Данилов зашёл в комнату уверенно, не успев переодеться с маршевой одежды, представляющей из себя стандартный армейский комплект. Единственное, что мужчина снял, так это разгрузку и отдал свой новенький автомат одному из четырёх телохранителей, тёмными фигурами движущиеся за главой государства.
Мужчина обладал удивительно располагающей улыбкой и явно понимал хотя бы основы человеческой психологии. О прошлом нынешнего руководителя Новоруссии мне ничего не было известно, но в его поведении явно проглядывался опыт службы в не самых стандартных подразделениях.
— Я уже было думал, что экспедиция полностью уничтожена. — вместо приветствия произнёс президент, присев напротив кушетки на походный стул, демонстративно снимая с пояса кобуру и откладывая её на расстояние вытянутой руки.
— И вы не болейте, товарищ президент. — поприветствовал я мужчину, понимая, что завладеть оружием в критическом случае всё равно не успею.
— Сразу перейдём к делу? Думаю, что ты сейчас не в состоянии вести долгие беседы, но сам понимаешь, что в нынешней ситуации от скорости получения нами информации зависят успехи в наступлении и количество потерь в этом случае. — Данилов вытащил из нагрудного кармана своего бушлата толстую записную книжку, которую и открыл, быстро пробегаясь взглядом по страницам, — Рассказать, что с тобой было последние несколько дней?
— Было бы неплохо.
— Когда тебя нашли наши разведчики, то ты оказалась последним из выживших, находясь в крайне плачевном состоянии. Я совру если скажу, что обычный человек мог бы пережить перелом семидесяти процентов костей с такой лёгкостью. Однако, ты оставался не только живым, но ещё и в сознании. Насколько нашим следователям стало понятно, то вы смогли встретиться с группой Белого и даже каким-то образом попытались отбить пленников, завладев попутно транспортом, но подверглись нападению воздушных монстров в трёх километрах от наших передовых позиций. Тебя смогли эвакуировать и доставить сюда. Два дня ты находился в полном бессознательном состоянии, но периодически приходил в себя, что-то говоря на неизвестном языке. Как позже стало понятно, это был язык предтечей. К сожалению, расшифровать удалось далеко не всё, но из имеющегося можно сделать вывод, что это были слова об уничтожении миров. Потом мы попытались переправить тебя через границу, но купол уничтожил десять человек личного состава, когда твоё бессознательное тело поднесли к нему на сотню метров. При этом обычный переход более чем возможен. Теперь ключевой вопрос: что произошло во время экспедиции и почему Пояс Белова тебя защищает? Только не делай из меня дурака, Сергей. Я по твоим глазам отлично вижу, что ты понимаешь если не всё, то уж точно часть сущности произошедшего с тобой там.
— Тогда вам стоит пообщаться с вашим предшественником на посту президента. — решил не скрывать я правды, надеясь, что ставка на открытость не окажется столь проигрышной, — Полковник может рассказать вам значительно больше, чем я.
