– Несомненно, я так думаю, – нагло ухмыльнулся Виктор, снова начав растягивать слова. Посмотрел на паренька снизу вверх, хотя по ощущениям было наоборот. – Но для начала позволь узнать: ты кто такой, сопляк?
Желудок Штат сжался от холода в голосе друга.
И неуместного восхищения его равнодушием.
– Я из Драконов, – гордо заявил мальчишка, – и хочу тебе сказать, что ты можешь засунуть в задницу свои правила о территории! – Он почти притопнул ногой для убедительности.
Виктор раздраженно вздохнул. Он не должен был знать, что эти дворняги распространяли экстази на школьных вечеринках. Но они ясно дали понять, что этот район неприкосновенен. Когда сестра Виктора с посиделок у подруги принесла «марку», честно доверившись брату, раскопать, кто девятиклассникам продал «кислоту», не составило труда.
Они были слишком тупы для даркнета, значит – с рук. По счастливому стечению обстоятельств небольшая цепочка из уличных ребят компанию Виктора знала и уже получала ломом по пальцам – они быстро сдали первоисточник.
– Язык могу на отсечение дать, что ты тут в «самоволке». – Виктор медленно поднялся со скамьи, разминая шею. – С вашими я… тему уже обсуждал. Получается, что ты сейчас – не один из банды, а… просто неизвестный школьник. – В полный рост парень оказался на полторы головы выше мальчишки, хотя тот был рослым для своего возраста. – А знаешь, что бывает, когда школьник хамит Якудзам? Тем более мне? – Виктор подмигнул парню. – Минус один школьник.
И отвесил такой силы пощечину тыльной стороной ладони, что мальчишка упал на землю, начал судорожно вытирать хлынувшую из носа кровь. Половина лица окрасилась в красный, Штат огляделась по сторонам: к их удаче, было безлюдно.
Штат замерла, беззвучно охнула, когда Вик добавил три удара в живот ногами. Оттолкнул парня на траву, заставив хромая и скуля скрыться из виду.
Реакция казалась необоснованно жестокой – на лице Вика сияла удовлетворенная улыбка, когда он повернулся к подруге. Кулаки они применяли нечасто, в крайних случаях и только с равными. Но избить зарвавшегося практически ребенка… Что ж, не ей судить.
Виктор подошел к Штат. Кивнул, мол, чего так смотришь? Она сглотнула, стараясь убрать дрожь из голоса.
– Не слишком?
Вик отмахнулся.
– Аггумент, не подкгепленный уггозами, никогда не выглядит достаточно убедительно, – весело цокнул парень, – пойдем, куплю тебе могоженого, ласточка. Смотги, как щеки на солнце гогят. – Он хохотнул, напевая мелодию себе под нос.
Приобнял Штат за талию, удаляясь от места происшествия.
Штат догадывалась, что такой херни он нахватался у первого отчима, только вот у алкоголика не было столько амбиций. Виктор натворит дел, Штат это чувствовала. Только они повязаны, и куда он – туда и она.
Его руки ее успокоили. Штат вторила улыбке друга, решилась задать вопрос.
– Планы на вечер есть? И почему Раисы давно не видно? – Отгоняя тревожные мысли, Штат старалась не оборачиваться, не высматривать побитого паренька среди деревьев. – Она – вторая после Есении, с кем ты мутил дольше одной ночи.
– Помнишь всех моих девушек? – Вик шкодливо хихикнул: настроение было на высоте.
Штат на секунду стало не по себе. Его избиение так позабавило?
– Из вежливости запоминаю имена наиболее долгосрочных, – фыркнула она.
Он ее в ревности заподозрил?!
– Ну-ну, ты и вежливость, конечно. – Виктор, не сдерживаясь, заливисто расхохотался. – Не знаю, надоела. – Отсмеявшись, он сам задумался над вопросом подруги. – Тгахнул, и все, неинтегесно больше. Некотогых пгосто больше газа… – Он шутливо подмигнул, Штат смутилась, не зная, отрешенно ли говорил друг или на что-то намекал. Спрятала смущение за закатанными глазами и тычком в руку. Вик улыбнулся, пожал плечами. – Все они одинаковые, – легкомысленно отмахнулся он. – Одногазовые или многогазовые девчонки для секса. Только ты в моей жизни навсегда.
Вик залился новой порцией смеха, чмокнул Штат в макушку, обнимая за плечо.
Она показала ему язык, любя обозвала животным, поспешила рассказать недавно прочтенный анекдот.
Сама шла в прострации. Ее прошибло озарение. Простое, идиотское, бесконечно важное.
Вот оно.
С тем, с кем спишь, не построить долгосрочную связь – это невозможно. Рано или поздно все надоедают. Люди расстаются, разводятся, прощаются.
Только то, что между ними, живет уже несколько лет и сможет жить дальше. Только так. Как дружба.
Любое другое проявление отношений убьет их связь. Даже если что-то получится, вечным не будет. Они разойдутся, и она потеряет все: банду, принадлежность к их компании, лучшего друга.
Никакие отношения, никакая симпатия не могут стоить этого. Слишком высока цена.
Два коротких предложения Виктора помогли расставить все по своим местам.
Отстав на пару шагов, Штат сделала свой выбор. Она выбрала то, что есть не у каждого, вообще мало у кого: ощущение поддержки за спиной в драке, настоящую человеческую привязанность, общие шутки, проблемы и радости. Ничего не может стоить того, чтобы это потерять.
Белый воротничок на сиреневой ткани платья с биркой подмигнул Штат из мусорки. Она только сплюнула и закурила.
