Хорошо, что вовремя все поняла, не наделала ошибок. А с чувством в груди как-нибудь разберется. Растаптывать нужно уметь не только оппонента в драке.
Хочешь преуспеть – начинай с себя.
Голые ветви деревьев застывшей колючей проволокой опоясывали небо над домом. Только Штат не чувствовала себя как в тюрьме: природа на даче бабушки Вика пахла сырой свежестью, прополотые грядки успокаивали душу продуктивно проведенным временем.
Она не задумывалась, зачем согласилась поехать. Чтобы назвать работу в огороде отдыхом, была еще слишком молода. Просто Виктор спросил: «Ты со мной?» – и она кивнула не раздумывая.
Вику нужно было помочь бабушке с приготовлением к заморозкам, а Штат нужен был Вик. Теплое чувство не только при взгляде на друга, но и мысли о нем не покидало грудь до сих пор. Штат смирилась. Так же по расписанию корила себя за то, что втайне предает их дружбу, но утешала себя тем, что это так и останется тайной.
– Как ты?
Она внимательно посмотрела на друга, взглядом указывая на область сердца. Спрашивала не про физическое состояние.
– Ногмально.
– Неплохо выглядишь. – Штат уселась на крыльце деревянного дома, как воробей на жердочке, кивнула на сходивший со скулы парня синяк.
– Пгосто я кгасивый, – подмигнул Вик.
Штат хихикнула. Он в своем репертуаре.
Кофе в старой со сколами чашке грел руки. Плетеный коврик под задом, который бабушка Виктора заставила взять, и правда был удобным. А в пространстве вокруг не происходило ничего.
Трава, согнутая недавними ливнями, блестела. Серые облака плыли низко, березы за домом шумели на ветру. Было что-то особенное в загородной, деревенской жизни. Даже если ты приезжал на один день, мир за пределами видимости переставал существовать.
Казалось, нет в часе езды на электричке никакого города. Нет автострад, мерцающих ночных огней, кофеен. И нет той жизни, от которой они сбежали на сутки, распивая пиво на жестких лавках пригородного поезда.
Когда Штат смотрела на холмы, остатки листьев на деревьях, спрятавшиеся среди скал домики соседей, не существовало драк, проблем, учебы, даже семьи. Были только кофе в фаянсовой кружке, сигарета в зубах и друг рядом.
Она взглянула на копающегося в телефоне Виктора. Этот профиль она могла бы нарисовать с закрытыми глазами, так часто на него смотрела в последнее время.
Он улыбнулся пришедшему сообщению. Штат затянулась. У друга была новая пассия, третья по счету, если не брать одноразовых. Она Вику нравилась. Было приятно смотреть на их взаимодействие, он мог быть действительно очаровательным – неудивительно, что девушки на него велись.
Штат с удивлением отмечала, что не ревновала друга. Была на грани влюбленности, но ей все еще удавалось балансировать, как канатоходцу, не падая в омут окончательно. Единственное, чего ей хотелось, – быть с ним. Просто быть рядом. Большего ее сердце не требовало.
Не заходилось галопом, когда она провожала очередную девушку утром после вечеринки. Обида не сжимала горло, когда последние пару недель Вик больше времени проводил с… Настей? Женей? Неважно. Штат не понимала природу собственного чувства: разве ее не должно разрывать от удушающего собственничества?
Но Виктор позвал на дачу с собой ее. Может, в этом было дело. Штат чувствовала, что она в приоритете, пусть и как друг. Курить рядом с дорогим ее горячему сердцу человеком было достаточно.
– Знаешь, что общего у кофе и сигагет?
Вик наконец отложил телефон, медитативно выдохнул дым струйкой вверх. Облокотился на ступени крыльца позади, с прищуром взглянул на подругу.
Штат пожала плечами.
– И от того, и от того хочется срать?
Виктор взрывом смеха спугнул синичку с грядки. Смеялся он красиво, заливисто. Но слова Штат, видимо, показались ему слишком забавными, потому что звонкий хохот в итоге перерос в истеричные крики чайки. Штат улыбнулась.
– Ты должна была ответить не так. – Отсмеявшись, Вик вытер проступившие слезы.
– Правда?
Штат лукаво дернула уголком губ, обожгла горло дымом с кофе.
– Да! – Хихикая, Вик в шутливом возмущении всплеснул руками. Капли кофе из его кружки ударились о деревянные доски. – Ты бы сказала, что общего у них ничего. А я бы сказал: «Пгямо как у нас, но они отлично дополняют дгуг дгуга». – Он отсалютовал чашкой с Винни Пухом.
Штат хмыкнула себе под нос. Тепло в груди, казалось, излучало пар, как чашка с крепким американо из турки. Ей нравилось, что она не ревновала. Быть рядом – все, что ей было нужно. Штат была бесконечно благодарна странным внутренним механизмам за то, что они помогали, хоть и с оговорками, не предавать их дружбу.
Она была уверена, что лучшего они с Виком создать бы не смогли.
– Ничего не говорит лучше о нашем различии, чем то, что ты думал, будто можешь предугадать ход моих мыслей.
Штат улыбнулась со снисхождением и сочувствием. К другу и собственным чувствам. Знала, что в итоге ветер возьмет ее за руку и все будет хорошо. Даже когда они вернутся в несуществующий город.
