– Я уверена, Имоджен вернется, когда будет готова, – мягко сказала Элли. – Люди часто так делают. Ей просто надо какое-то время побыть одной.
Винс фыркнул и бросил трубку.
Он решил снова наведаться в полицейский участок и потребовать, чтобы они объявили ее в розыск. Шинед Кэнаван, та же самая женщина-полицейский, с которой он разговаривал в свой первый визит в участок, вышла к нему и сейчас. В полиции тоже уже знали, что Имоджен связывалась с «Пропавшими родственниками», так что Шинед указала ему, что его жена совершенно очевидно жива и в порядке, а значит, полиция ничем не может ему помочь.
– То есть то, что она психически неустойчива, значения не имеет? – уточнил Винс. – Это вас вообще никак не волнует?
– Я уже спрашивала вас о ее психическом состоянии, и вы сказали, что она не находится под наблюдением психиатра, – возразила Шинед.
– Ну нет. Официально она не считается чокнутой, – подтвердил Винс.
Шинед подняла брови.
– Она… она нуждается во мне, – пояснил он. – Она без меня не может обходиться. Она совершенно беспомощна. Безнадежна.
– Тем не менее она вполне в состоянии общаться с людьми, которые считают ее нормальной. Она уволилась с работы по собственному желанию. Она сняла деньги с банковских счетов. Простите, мистер Нейтон, но мы действительно ничего не можем больше сделать.
– А с чего вы взяли, что она уволилась по собственному желанию? – возразил Винс. – Может быть, ее принудили к этому.
– Кто?
– Не знаю! – крикнул он. – Кто-то! Какие-нибудь шантажисты, которые заставили ее снять деньги со счета! Или кто-то, кто связан с компанией, в которой она работала! Преступная группировка! Да откуда я знаю! Это ваша работа выяснять кто!
– Сэр, я очень сочувствую вам и понимаю ваши переживания, – сказала Шинед. – Но мы связались с ее работодателем, который дал показания, и согласно им у нас нет никаких оснований считать, что совершено какое-то преступление.
– Каждый долбаный день я читаю и вижу новости о людях, которые пропали. Вы публикуете фотографии стариков и детей. Но как дело доходит до моей жены, то нет? – Винс был в ярости.
– Мистер Нейтон, как я вам уже сказала, иногда людям нужно взять паузу. Это расстраивает, я понимаю, но, судя по всему, ваш случай именно из этой области. Мы не беспокоимся о безопасности Имоджен потому, что она дала знать, что у нее все в порядке. Именно поэтому мы не занимаемся ее поисками.
– Вы наверняка уже знаете, где она, – требовательно заявил Винс.
Шинед покачала головой: «Уверена, она свяжется с вами, когда будет готова. Пожалуйста, не надо так переживать».
– Не переживайте, не переживайте! – передразнил ее Винс. – Как вы можете спокойно сидеть на своей жирной заднице и убеждать меня не переживать, когда с моей женой могло произойти что угодно?!
Шинед не обратила внимания на его грубость и спокойно сказала: «Мы сделали все, что могли в данном случае. Если у вас есть веские причины считать, что миссис Нейтон угрожает опасность, или если вы располагаете дополнительной информацией, мы будем рады помочь вам. Но на данный момент я больше ничем не могу быть вам полезна».
Винс молча смерил ее презрительным взглядом, а потом выскочил из участка. Запрыгнув в машину и врубив мотор, он сорвался с места, проклиная полицию и еще больше злясь на Имоджен. Как она смеет так с ним поступать? Как она смеет?
Дома он сел перед ноутом, мысленно умоляя ее отправить ему письмо, чтобы он мог ответить немедленно. Он был уверен, что, если бы ему только удалось поговорить с ней, пусть хотя бы эсэмэсками или по почте, он смог бы убедить ее прекратить это безумие. Но писем не было. И его ярость стала еще больше.
Он все еще злился, когда звонил на следующий день Шоне в дверь.
Она пригласила его войти и сделала кофе, пока он гневно рассказывал о тупости и непрошибаемости «этой бабы» из «Пропавших родственников» и «некомпетентности» полиции.
– Никто и не собирается ее искать, – заключил он. – Так что я собираюсь попытаться найти ее сам.
– Но как? – спросила Шона.
– Ты упоминала социальные сети. Я знаю, она поудаляла аккаунты и не пользуется ими, но ее профиль на ФБ до сих пор существует. Можно попытаться его взломать. Ты знаешь ее пароль?
– Конечно, нет! Когда я предложила использовать социальные сети, я имела в виду, что ты можешь сделать что-то на своей странице, – сказала Шона. – Или создать специальную страницу и там написать, что она пропала, и попросить помочь ее найти. Хотя я не уверена, что она хочет, чтобы ее искали. И такая страничка может ее напугать. Она почувствует давление.
– Мне вот все говорят про какое-то давление, которое на нее якобы оказывается, про стресс, – произнес Винс. – А как насчет меня? Как насчет
Шона не отвечала.
– Я понимаю. Понимаю. Она расстроена, – вздохнул. – И это заставляет ее от всех прятаться. Но, с другой стороны, я подумал, что именно на «Фейсбуке» она может выйти с кем-нибудь на контакт. И они могут послать ей сообщение. А я могу его перехватить.
– Она не ждет ни от кого сообщений. Иначе не стала бы удалять профиль.
– Это так, но…
