Я не колебалась ни секунды. Потянула его за рубашку и снова поцеловала. Это не был романтический поцелуй. Я вложила в него всю страсть и желание, которые подавляла все это время. Но даже этого было недостаточно. Я хотела его всем своим существом. Я попыталась расстегнуть его рубашку, но у меня не хватило терпения возиться с пуговицами. Поэтому я их оторвала. До этого момента Грег сдерживался, но когда он понял, что я пытаюсь сделать, он отбросил все свои оставшиеся сомнения.
Я понятия не имела, откуда это во мне взялось. Мы пытались раздеть друг друга, и нам было все равно, что мы посреди леса, куда может забрести кто угодно. В тот момент нас объединяли только мы двое и желание.
Я даже не знаю, сколько времени прошло. Я лежала рядом с Грегом и рассматривала его лицо. Его глаза были закрыты, и он легко дышал, и я подумала, не заснул ли он.
— Вот тебе и мой закон — не ложиться в постель с мужчиной, если он не приглашал меня на свидание, — произнесла я, уютно устраиваясь в объятиях Грега.
— Если тебя это беспокоит, я хотел бы отметить, что здесь нет кровати, — прошептал он, открывая глаза и улыбаясь.
— Да, ты прав. И это не очень удобно, — добавила со смехом и попыталась встать. Но Грег снова притянул меня к себе.
— Я знаю одну кровать. Достаточно большую для нас, — прошептал он и снова поцеловал меня.
— Хм, заманчивое предложение. Надо подумать, — ответила я, наконец-то сумев вывернуться из его рук и встать. Я собрала валявшуюся повсюду одежду и попыталась немного привести ее в порядок. Бросила Грегу его одежду, а сама быстро накинула свою, чтобы согреться.
— Пойдем домой? — спросил Грег, вскакивая и мгновенно одеваясь. Он не смог застегнуть рубашку, и, как я заметила, не только пуговицы нужно было пришить. Рукав был порван, и мне стало ясно, что это вряд ли останется незамеченным.
Мы вошли в деревню, держась за руки. Нас встретили с улыбками на лицах, и я чувствовала себя очень смущенной. Всем было ясно, что мы снова вместе, а я понятия не имела, как себя вести.
— Я вижу, Грег, что на тебя в лесу напали хищные животные, — сказал один из мужчин, возвращавшийся из леса с работы. Люди вокруг него засмеялись. Грег просто улыбнулся и ничего не сказал. Он просто обнял меня и пошел дальше.
— Я бы предположил, что это была драконица, — рассмеялся Бран, который как раз проходил мимо. И этого было достаточно, чтобы я стала красной, как помидор. — Парень, умеешь ты выбрать. Тихая вода размывает берега, — он снова рассмеялся и занялся своими делами. Все вокруг смеялись, а я сгорала от стыда.
В тот же вечер я забрала свои немногочисленные вещи и переехала в дом Грега. Если раньше я чувствовала себя в архиве как дома, то теперь дом был для меня в другом месте. Было чудесно засыпать с кем-то рядом и не бояться каждой тени и одиночества.
Медленно, но верно ко мне возвращалось самообладание, и нервозность, которая сковывала мои внутренности, постепенно уходила. Единственное, что изменилось, это мои вечерние разговоры с Фрундором, на которые у меня внезапно не осталось времени, к счастью, нам не нужны были слова. Фрундор почувствовал мое удовлетворение и был рад, что я счастлива.
В последующие дни мы с Триветом, Брайтмаром и Маргаритой все время обсуждали ход бала, пока меня это не стало беспокоить. Возможно, в этом была вина Маргариты, которая решилась указать на ошибку, которую мы совершили.
— Я просто не могу понять одну вещь, — сказала она с иронией. — Ты не могла придумать ничего лучше, как остаться жить прямо в Драмоне? Ты понимаешь, какая это была глупость? — Продолжила она.
— А где еще мы могли остановиться? — удивленно спросила я.
— С драконами, где угодно! На бал прибыла иностранная герцогиня. Не думаете, что Лаутус не попытается выяснить, откуда она? Все, что ему нужно сделать, это выяснить, чей это был экипаж. Тогда он узнает, где вы жили. А от этого всего один шаг до того, чтобы полностью разоблачить тебя, — объяснила она мне, как будто я была полной дурой.
— Тогда тебе следовало ехать самой, раз ты такая умная! — Выкрикнула я. — Я бы хотела посмотреть, как ты будешь рассуждать, когда выберешься отсюда. Ты упадешь в обморок при первой же встрече с солдатами, так что, пожалуйста, не играй в игры!
Маргарита задохнулась от шока, но ничего не сказала. Тем временем я повернулась к Тривету и молча извинилась перед ним. Мы никому не рассказывали о его нервном срыве в гостинице. Ему даже не пришлось просить меня об этом, просто мне казалось, что это никого не касается.
— Что сделано, то сделано, — заметил Бьяртмар, предотвращая дальнейшие споры. — В будущем мы будем более осторожны, чтобы не допустить повторения подобного. Мы можем радоваться, что Лизе удалось произвести впечатление на короля.
— Своим хамством, — Маргарита не простила моего замечания, но дальше провоцировать меня не стала.
