— Позвольте представиться. Адамар Бранган, герцог Северский. — Вдруг, в одно мгновение, перед моим лицом промелькнуло изображение с медальона, который Бьяртмар показывал мне во время обучения.
— Элизабет Фир, — улыбнулась я, слегка кивнув. — Приятно познакомиться, герцог.
— С удовольствием, — с улыбкой ответил герцог Бранган. — Вы позволите мне составить Вам компанию? Уверен, вы будете рады, если человек, знакомый с местными обычаями, введет вас в курс дел алдормской знати.
Хотела отказаться, но знала, что такое предложение больше не повторится. Кивнув в знак согласия, ухватилась за предложенную руку и позволила ему провести меня через зал. Тривет молча последовал за нами, придавая мне смелости.
И вот, наконец, я смогла сравнить лица с именами графов и их семей, и информацию, которую я тщательно изучала, которая перестала быть просто чернилами, засохшими на старых бумагах. Всякий раз, когда герцог Бранган представлял мне кого-нибудь, в памяти всплывала информация, которую я читала о нем или его семье. Я чувствовала удовлетворение Фрундора и гордилась собой.
— И, как говорится, лучшее напоследок, — весело сказал герцог Бранган, представляя меня остальным герцогам.
Было странно смотреть на мужчин примерно моего возраста и думать о них как о герцогах. Хотя я помнила из прочитанного сколько им лет, для меня это все равно было неестественно. Герцог у меня ассоциировался только со взрослыми или пожилыми мужчинами. Я старалась не думать об этом и позволила герцогу Северскому представить остальных.
Конечно, я знаю, что нельзя полагаться на первое впечатление, но если быть честной, то в случае с герцогами я ошиблась.
Герцог Симетский — Северин Трант — оказался самым отзывчивым из них. Он познакомил меня со своей женой, и по его поведению у меня сложилось впечатление, что он джентльмен до мозга костей.
Карл Силони, герцог Далманский, был мужчиной, чьим достоинством было умение не выделяться. Из разговора с ним у меня сложилось впечатление, что этот человек не имеет собственного мнения и согласен со всем, что ему предложат.
Герцог Ладрин Кувельт, управлявший герцогством Толлус, не вызвал у меня симпатии. Своим высокомерным презрительным взглядом он с самого начала дал мне понять, что мы никогда не станем друзьями. Тогда я еще не знала, что его антипатия была направлена не столько против меня, а против всех женщин в целом. Поэтому я не смогла сдержать своих мыслей, когда он представил меня своей жене — женщине невысокой и чрезвычайно толстой, что усугублялось переизбытком украшений, изображающих чешую дракона.
Через какое-то время я поняла, что веду себя непринужденно, и казалось, что без проблем вписываюсь в общество. Я не понимала, откуда взялась уверенность, которой мне так не хватало. Хотя Фрундор все еще не вернул мне память, я была уверена, что такое поведение мне чуждо. Как будто Лиза отошла на второй план, а ее место заняла герцогиня Элизабет. Уверенная в себе, гордая женщина, которая не боится открыто высказывать свои мысли и, которой все равно, что о ней думают другие. Я даже не заметила, когда Тривет отделился от нас. Лишь краем глаза увидела, что он танцевал с женой герцога Симетского.
А потом Адамар Бранган решил пригласить меня на танец. Я удивленно посмотрела на него, прежде чем поняла, что было бы уместно ответить.
— Прошу меня понять, я вынуждена отказаться от Вашего предложения, герцог, — произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал извиняюще.
— Могу ли я быть настолько смелым, чтобы спросить, по какой причине? — весело спросил Адамар, но я не была уверена, что он притворяется.
— Поверьте мне, ничего не имеет против Вас. Я просто не люблю танцевать, — извиняюще начала я, но заметила поклоны всех герцогов. Обернулась и поняла, что позади меня стоит Лаутус Ниман, король Алдормы.
— Ваше Величество, — сказала я, слегка поклонившись. Я знала, что должна сделать реверанс, но мои ноги были словно желе, и я боялась, что могу упасть перед королем.
— Забавно. Вы принимаете приглашение на бал и отказываетесь танцевать, — сказал король, смерив меня вопросительным взглядом. Как и тогда, когда я вошла в бальный зал, я почувствовала, как меня охватывает страх.
— Отказаться от приглашения самого короля было бы гораздо более невежливо, — ответила я, пытаясь вернуть ему взгляд.
— Значит, если бы приглашение на танец поступило от самого короля, Вы бы не отказались? — спросил он, даже не пытаясь скрыть своего веселья. Не понимала, тот ли это человек, о котором мне рассказывал Бьяртмар. Он не был похож на тирана. Да, в нем было что-то странное, от чего у меня пробежали мурашки по коже. Но его обезоруживающая улыбка. Добавьте к этому красивые шоколадные глаза, почти такого же оттенка волосы, ухоженная бородка, мне пришлось что-то предпринять, чтобы мыслить здраво.
