Вопрос, эхом отскочивший сначала от стен, потом от голов членов совета, повис в воздухе. Округлившиеся в испуге глаза неотрывно смотрели в окно.
***
Я бегала из стороны в сторону, под неусыпным контролем Джонни. Сбор получился долгим и хаотичным: весь шкаф я вывалила на кровать, стала формировать кучки из одежды по степени нужности и ненужности; пока раскладывала майки и футболки задумалась и поменяла кучки местами; поменяв все еще раз, разложила по фасону и, не удовлетворившись результатом, сложила все в одну кучу и стала пересматривать всю одежду по-отдельности. Через некоторое время до меня дошло осознание, что все это бесполезно, отчего я пришла в унынье. Складывая очередную майку ровным квадратом, я совсем загрустила.
Понимаю, что такими бесцельными действиями пыталась отложить поездку, ибо знаю, что если уеду, то уже не вернусь. Интересно, кто-нибудь еще задумывался о таком? Думал ли над тем, что то или иное действие может оказаться для него в последний раз… В последний раз пить воду, в последний раз умыться, в последний раз спать в своей постели, в последний раз желать доброго утра любимому человеку. А если точно знать, что вот этот раз – последний, то как это будет?
Мой конец был совсем близок. Может быть, надежда еще теплиться где-то в сердце маленьким огоньком, но факты и реальность не обманешь. Вот сейчас, сидя на полу и понимая, что больше никогда не буду я собирать вещи в поездку, что больше не вернусь в свой дом, в родной город, что даже майки прямоугольником складываю в последний раз, я растеряна. Растеряна и неприятно взволнована. Все тело сопротивляется движениям, но в тоже время требует их, взвинчиваясь и кусаче вибрируя мышцами в конечностях.
Мысли копошились в голове как существа из пещеры, что ползали по стенам, передвигая тонкими, многочисленными, будто поломанными лапками и шарясь по воздуху усами-антеннами. Они перелезали друг через друга, наступали, двигали, переворачивались и падали. Думалось, зачем сейчас я занимаюсь таким делом, как складывание маек, когда могла сделать что-то более грандиозное. Но еще я думала, что больше не смогу заниматься таким простым делом как это. Оно приобретало особенность и ценность именно сейчас. Ведь если подумать, как много раз я это делала в своей жизни. Но никогда мне не казалось, что такие действия будут значить что-то большее. Наконец, полностью посвятив себя складыванию, я обдумывала, а не сделать ли именно сейчас это действие запоминающимся. Даже порывалась встать и что-то придумать. Однако потом возвращалась мысль о том, что оно хорошо само по себе.
Внутри все сжималось. Казалось, что вот-вот я заплачу. Но слезы так и не проступили. Наверное, еще рано.
Джонни все это время стоял у стены, наблюдая все каким-то непонятно глубоким взглядом. Он не пошевелился ни на миллиметр – не удивительно, конечно, робот все-таки – и не сказал ни слова. А все смотрел и смотрел, не обеспокоено, но и не спокойно, проникновенно, тепло, но и надрывно, вспыхивая искрами боли.
Так я могу объяснить, но понимаю, что объяснение не полно, ведь не все выразишь словами. Кажется, что у робота должно быть все просто: эмоции – слова со смыслом, действия преследует определенную цель, всему есть обоснование и пояснение. Сейчас я бы хотела, чтобы все было так просто – мы бы не страдали на двоих.
Как не может бесконечно тянуться время, так я не могла больше посвящать себя сборам. Выбрав удобную одежду и переодевшись, я оставила домашний халат на кровати. Бросила на покрывало так, будто вскоре собираюсь его надеть. Самообман, который не работает, но заставляет улыбнуться своей наивности. Чемодан покатился к двери. Я оглядела квартиру. Оставляю после себя бардак, но ничего, программа управления домом распорядится и все будет до блеска вычищено.
Еще секунду задержусь и не захочу уходить. Кивнув головой в подтверждение своей мысли, я уверенно направилась к двери, но внезапная мысль заставила резко развернуться и вбежать обратно.
–Не оставлять же его тут одного, – ответила я на немой вопрос Джонни и понесла горшок с цветком к выходу. Большой цветок на крупном стебле одобряюще кивал яркой головой.
Спускаясь в лифте, я заметила, что за спиной у Джонни расположился рюкзак довольно внушительного размера.
–Зачем тебе рюкзак?
–А зачем вообще нужен рюкзак? – ответил мне он.
Посмотрела на него с прищуром, чтобы он понял, что ответ меня не удовлетворил.
–Это для тебя, – сказал он.
Я не стала спрашивать конкретнее, решив, что и так узнаю. Мы доехали до первого этажа и вышли из здания. Посмотрела на него уже только сев в машину. Прощание состоялось.
