–Не будем терять времени, – сказал он с нетерпением и предвкушением, потирая руки. – Нам есть что рассказать.
Мы с Джонни переглянулись. Наверное, через мутную резиновую маску сложно было рассмотреть мою легкую, с оттенком сожалеющей грусти, улыбку. Однако он так же улыбнулся в ответ, глазами прося прощение за невидимую стену нашего безмолвия. Для меня это было обещанием разобраться в этом после того, как покончим с делами. Он нежно положил руку мне на спину, слегка поглаживая, и легонько направил вперед.
***
Лабораторию организовали в здании управления на нескольких нижних этажах. Типичной ее назвать было нельзя, потому что она кардинально отличалась от лабораторий научного центра: оборудование было наполовину придумано трудящимися здесь людьми, оборудование которое чудом получили еще год назад, не подходило для исследования растительной жизни, да и вообще жизни, в стерильном никто не ходил, исключая особые случаи, очень много пространства занимали расставленные в центре разнообразные горшки, склянки и вазы, наполненные землей, а по бокам стояли столы с микроскопами, чашками с семенами и выращенными растениями. Все приходило сочинять на ходу, ведь раньше никто с таким не сталкивался.
Людей было мало: исследовательская команда в лице Сержа, Лени, Лю и Кости возглавляли изыскания, им помогали несколько горожан и несколько подземных людей. Бывали у них и гости из центра, как например, сейчас, Лени показывал места для прибывших вместе с Джонни и Мэри исследователей. Девушка все заворожено таращила глаза, не веря тому, что видела, а ее старший коллега допытывался до мелочей, пытаясь с порога прояснить для себя все, что только можно, возможно даже прямо сейчас разгадать какую-то загадку. Роботов было больше – они помогали перетаскивать тяжелые горшки с гигантскими растениями, производили подсчеты, измеряли содержания веществ в почве, растениях и воздухе, вычисляли по заданным параметрам теоретически пригодные для роста и жизни растений условия, записывали и анализировали данные. Но самой важной их функцией было делиться хранящейся внутри них энергией.
–Уже два года прошло с тех пор, как вы были тут последний раз, – Костя проводил экскурсию для своих друзей, рассказывая о работе лаборатории. – Как вы видите, многое изменилось.
Мэри и Джонни шли под руку, рассматривая все вокруг. Им было многое знакомо, но все же проделанная работа восхищала. Мэри поднесла руку к маске, собираясь что-то сказать, но Джонни остановил ее:
–Мэри хочет сказать, что ты выбрал слишком формальный тон для нас. Как будто ты отчитываешься перед начальством.
Девушка посмотрела на возлюбленного. Она не была удивлена, что он верно передал ее мысль, просто хотела сказать глазами, что и сама могла это сказать. Джонни ей улыбнулся.
–Ох, да, – рассмеялся Костя. – Действительно. Ничего не могу с собой поделать. Волнуюсь, даже несмотря на то, что показываю все друзьям.
Можно сказать, что он волновался не только сейчас, рассказывая о проделанной работе. Каждый день, переступая порог лаборатории, он начинал волноваться. Не нервничать, а предвкушать результат, положительный результат, прорыв. Внутри что-то копошилось, переворачивая внутренние органы, но двигалось в приступе вдохновения, творческого экстаза, что порой он не мог удержать свое тело на месте, буквально порхал над столами, между этажами, между растениями, пританцовывая. В такие моменты он сыпал идеями, как ветер за куполом сыпет песок на землю. Сержу часто приходилось усмирять его пыл и структурировать мысли, ведь они бежали у Кости быстрее, чем он мог их высказать в понятной словесной форме. Пытаясь не упустить мысль, но подобрать слова, он забывал дышать. Когда такое случилось в первый раз, он упал в обморок.
–Если бы был тут один – сошел бы с ума, – говорил Серж. – Это как пить дать.
Команда полностью соглашалась с этим мнением, прибавляя, что если бы был тут одни, то не просто бы сошел с ума, а обезумел и начал бы притворять в жизнь безумные идеи. Но на одно безумство, кажется, они пойдут все вместе.
–Мы решили поэкспериментировать и узнать, в каких условиях растения растут лучше, – вел свой рассказ Костя, иногда сбиваясь, улетая куда-то мыслью далеко, а по возвращении не находя нужных слов. – Как можно понять…примера, вернее, эталона, как проводить исследования у нас не было. Но можно сказать… что мы воплощаем легенды в реальность.
–Легенды? – спросил Джонни.
–Да, – ответил Костя, развернувшись на Джонни и споткнувшись на ровном месте. – Как из музея историй. Решили довериться и поверить прошлому, так сказать.
Он посмеялся своему умному выражению.
–Тем не менее, создали почти все с нуля. Так вот, мы изучаем состав почвы и характеристики растений, которые растут в почвах с разным составом. Где-то растет быстрее, где-то растет больше и пышнее. К сожалению, не обошлось и без жертв.
В этот моменты они проходили стол «жертв»: пожухлые желтые листочки, сухие стебли, изменившие цвет, белый налет на листах, на земле под листами и еще несколько подобных экземпляров, наблюдая которые больно щемило сердце.
