Все, кроме капитана, обратили внимание на то место, куда указывал Лени. Там совершенно точно лежали чьи-то кости. Они были обтянуты сухой мембраной, выделяющей сухожилия, а сверху слегка прикрыты кусочками ветхой ткани.
–Кажется, это нога, – сказал Серж.
Он подошел поближе. Отодвинул стол, что закрывал собой остальное тело. И перед нашим взором появилось лицо смерти, маска мук и агонии. Череп, также как и нога, был покрыт высушенной кожей, пустые глазницы засасывали в свои темные пучины, казалось, что если прислушаться, то нечто, что живет на дне, начнет говорить, призывая к себе. Шею обвивал кусок материи на манер шарфа.
–Кэп, посмотрите сюда, – крикнул Лени.
Но капитан стоял неподвижно у стены, наклонившись над чем-то. Я подошла поближе, хотела постучать по плечу, чтобы обратить его внимание на нас и находку, но увидела, что капитан обнаружил похожую. Кажется, нечто, что живет на дне пустых глазниц, интересуется им сильнее, чем остальными. И он хочет быть околдованным.
–Капитан, – попыталась позвать я.
–Все, что мы знаем – ложь, – тихо сказал он. Я посмотрела на команду, они тоже услышали это. Серж непонимающе покачал головой. Костя испугано округлил глаза.
–Капитан, что вы имеете в виду? – спросил Серж.
– Все, – начал громко кричать капитан, резко развернувшись в нашу сторону. Пришлось отскочить, чтобы взмахом руки он не задел меня. – Все это – ложь. Посмотрите на эти трупы, это же люди. Разве они должны быть здесь? Разве не все были эвакуированы? Я всегда знал. Знал, нас обманывают, держат за идиотов, что ничего не понимают. Вот и доказательство.
–Капитан, сейчас не лучшее время для ваших шуток, – немного замявшись сказал Лени. Уверенности в его голосе не было, он был встревожен, что слышалось через динамик как небольшая дрожь.
–Да, я был прав, – продолжал капитан. Он уже не слышал и не видел ничего вокруг, он смотрел в пустоту и слушал, как внутренние демоны шепчутся между собой. – Нас всегда обманывали, компания не говорит правды, документы ложь. Они скрывают, что было на самом деле, скрывают, что убили миллионы людей, скрывают, что все это было ради того, чтобы получить власть. Они устроили катаклизм, чтобы подняться на костях вверх. На этих костях, посмотрите же. Может и катаклизм – ложь? Да. Чтобы держать глупых, доверчивых людей в страхе, в повиновении, под замком. Посмотрите, их убили. Посмотрите!
Он стал кричать, ходя из стороны в сторону, вокруг валяющихся предметов, переворачивал столы, поднимал коробки, заглядывал в них, потом резко переходил к чему-то другому. Его бессвязное бормотание трещало в динамиках шлемов. Пугало до мурашек, пробирало до дрожи, в костюме было жарко, но холод скрюченными, морозными пальцами гладил спину.
–Капитан, – бессильно произнесла я. К концу слова голос сорвался. Попытка обратиться к нему еще раз, не привела к положительному результату, ведь я смогли лишь губами произнести то, что хотела сказать. А капитан все продолжал выплескивать внутренний хаос наружу.
–Посмотрите на них, они прикрывали рот и нос шарфом, чтобы можно было дышать, а значит, мешал только песок и пыль, кислород в атмосфере есть. Нам постоянно врут, говорят, что за куполом нет пригодного для дыхания воздуха. Но не это ли доказательство? Они пришли сюда сами и их убили, чтобы они не смогли рассказать правду никому. Свидетели историй, что не смогли рассказать все раньше, потому их заткнули, но сейчас они поведали все, потому что нашел тот, кто смог услышать.
Эти слова капитан сказал лично скелету, которого отыскал сам.
–Капитан, – старший помощник попытался сделать голос максимально отстраненным и сухим, – нам надо уходить, воздух в болонах скоро закончится, а нам еще возвращаться.
–Воздух в болонах? – повторил капитан. Поднявшись и медленно развернувшись к Сержу. – Нам не нужен этот воздух. Ты не понял, да? Кислород есть, здесь можно дышать.
В следующее мгновение время уплотнилось, все движения и звуки проходили сквозь него медленно, тяжело, с усилием.
–Не делаете этого, – кричали все. Я только смотрела и не могла пошевелиться. Я видела, как капитан сгибает руки в локтях, кладет пальцы на место крепления шлема к костюму. Сквозь плотность происходящего я услышала щелчок, с которым шлем отсоединяется от основной части экипировки. Затем капитан медленно, миллиметр за миллиметром стал поднимать его над головой, разрушая защиту, что поддерживает наши жизни за куполом. Меня качнуло вперед, нога сама сделала шаг, но импульса на второй совсем не хватило. Команда была обезоружена, все обессилено замерли.
Капитан же выкинул шлем на пол и тот, звонко стукнувшись, отлетел к стене. Еще мгновение. Он делает глубокий вдох.
–Я же говорил, – произносит он с дикой улыбкой, растянувшейся на все лицо. – Я говорил. Теперь все встало на свои места.
Он подбежал к рухнувшей стене.
–Я всегда знал. Так и должно было быть. Теперь мы знаем правду. Я столько ждал! И дождался. Пусть я сам врал, но узнал правду. Да, это того стоило.
Он повернулся и безумно осмотрел всех членов команды.
–Снимайте их, они вам больше не нужны. Ну же, снимайте!
