— Ласгерн, — протянул водитель нехотя, вальяжно управляя рулем. Машину не трясло, не качало — ехали неспешно и плавно. — Не советую… Престранный городок, знаете ли…
Искра потухла, повеяло холодом. Катя подалась вперёд:
— Почему?
— Да жители… ерунда, — мотнул головой таксист.
— Нет, что вы! — встрепенулась Катя. — Я не знаю ваши места, и хороший совет не помешал бы.
Водитель бросил взгляд через плечо:
— Вроде всё отлично! Город цветет и разрастается, но люди… все не местные. Приезжают, кто откуда и удивительно быстро приживаются. У них что-то наподобие кланов.
— Кланов? — эхом отозвалась Катя.
— Да. У нас тут тоже есть, — с немалой толикой гордости сообщил таксист, — Бъёрны. Варгр как раз сын Драгора Бъёрна! Но там… — пожал плечами. — Не знаю, как объяснить. Лично мне там жутковато. Поэтому зря вы так. Варгр — классный мастер. Да к тому же… денег почти не берёт. Добряк…
— Добряк? — Катя поперхнулась: — Мы точно говорим об одном и том же человеке?
— Ну, — задумался мужчина. — У нас только один Варгр. Высокий, с чёрными…
— …волосами и наглой мордой, — фыркнула и раздосадовано откинулась на спинку заднего сидения.
— Вижу, вы уже познакомились, — хмыкнул водила и широко улыбнулся: — Да, у женщин к нему слабость.
Права была, Варгр — кобель! Даже водила не скрывал. Вот только у женщин слабость, или у него к ним? Злость заклокотала сильнее. Да какая разница?! Юбкоплёт он и в Африке — юбкоплёт! Катя уставилась в окно. Чудовище, вот почему сразу предложил осмотреть байк. Знал, что рано или поздно обратится к нему. Какой нехороший пёсик…
Сидя в мастерской, Варгр перебирал мотор старенького «Ford». Собственноручно переделанный гараж, рассчитанный на ремонт пары машин одновременно, устроил в квартале от дома. Полки, ящики с инструментами вдоль дальней стены. Ближе к углу — дверь. Раздевалка, душевая, туалет. Небольшой письменный стол с компьютером и принтером притаился напротив. Ещё один, заваленный деталями, у стены между двух- и четырёхстоячным автоподъёмниками. Такие «игрушки» не каждому по карману. Гордость! Глазу приятно и класс мастерской выше. Недаром все крупные фирмы обращаются — помимо мотоциклов, легковых авто, спокойно брался за микроавтобусы, уборочную технику. Бывало работы под завязку — с месяц зашиваешься, а потом вновь тишина. Не раз посещала мысль о расширении и, с таким же успехом, затухала. Заниматься ремонтом нравилось — как способ отвлечься, немного подработать, пойдёт. Но открывать сеть мастерских, впрячься в бизнес и погрязнуть в рутине — нет желания. Нутро противилось…
Варгр окинул взглядом машину. Сегодня «движок» дособирать не получится. Детали, словно живые — с завидным постоянством выпрыгивают из непослушных пальцев. Перед глазами выплывает образ Кати. Испуганная… разъяренная… спокойная… удивленная… Подпирающая стену… сидящая на постели… обнажённая, возле шкафа… прижимающаяся к нему… Соблазнительная дрянь! Варгр плюнул в сердцах — установить подшипник просто, а возился минут двадцать. Девчонка виновата! Маячит навязчивой картинкой — прогнать не получается! Пиликающая мелодия прорезала тишину и вырвала из мира грёз. Бъёрн вздрогнул — деталь, выскользнув из пальцев, со звоном упала. Дьявол!
— Да, — вытащив из кармана, рыкнул в мобильный.
— Ты давно не звонил… — дед умолк — повисло молчание.
— Ларс, — шумно выдохнул Варгр и прислонился к столу. — Прости, аврал на работе.
— Да, конечно, понимаю, — протянул старик. — Заедешь?
— Ну, — придумывал отговорку, — даже не знаю. Дел много…
— Приезжай. Перестань меня избегать, — выговаривал дед. — Ты последний, кто остался в семье…
— Не последний, — огрызнулся Бъёрн. — Есть ещё отец.
— Варгр… — знакомая нудящая интонация раздражала.
— Пойми, — перебил Ларса, — я его сын. Да и вообще не телефонный разговор. Дьявол, одно и то же, — чертыхнулся незлобливо. — Если хочешь семью — пора принять всех.
— Приезжай, про… — повисло молчание. Варгр взъерошил волосы. Для деда сказать: «Прошу» — смерти подобно:
— Хорошо, — сдался нехотя. — На днях. Обещаю, — нажал сброс и убрал телефон обратно. Настроение окончательно испортилось.
Ларс Иржен — заносчивый, вечно брюзжащий, меркантильный старик, но всё же родственник. Доходный семейный бизнес, которым тот заправлял — не интересовал. К тому же, с дедом у отца натянутые отношения. Ларс отказывался принять невыгодную партию дочери, как Бъёрн, а Драгор упорно делал вид, что Иржена не существовало. Обострение случилось после смерти матери. С тех пор метался меж двух огней. Последний раз, когда навещал деда, домой вернулся, нельзя сказать расстроенным, скорее взбешённым. Старик в который раз собрался женить — познакомил с дочерью очередного соучредителя. Ларс любил повторять: «Тридцать четыре, конечно, не поздно, но пора найти кого-то постоянного. Нечего ждать Нойли!» Правильные слова, но когда добавлял про тисканье правнуков, оставалось только улыбаться. В подростковом возрасте деда видел не больше пяти раз — во время семейных разборок. Иржен появился в его жизни, когда минуло четырнадцать.
