— Если б знал, дорогуша, ламий бы не существовало. В общем, она выкрикнула проклятие и грохнулась замертво — скатилась по лестнице к ногам людей. Кожа побледнела, губы заалели, дыхания не прослушивалось, сердце не билось. «Умерла!» — посчитали все… Мстители допустили ошибку, и не уничтожили тело. Оставили там же, решив, что жизнь его покинула. Кое-как нашли путь из пещёры. Заложили проход камнями. С тех пор смерти не прекратились. Загадочные исчезновения захлёстнули с новой силой. Жители продолжали умирать, а потом их живыми видели то тут, то там. Ламия творила зло всему миру! Она — гедонистически самолюбивое существо, любящее блеск и богатство. Если проще — озлобленная, одинокая женщина, мечтающая отомстить. Достигала целей, плетя интриги в верхушках власти — не останавливалась ни перед чем. Чуть ли не городами обращала в себе подобных… Но быстро поумнела — утихомирилась. Точнее ослабла, потому что её кровь тоже лимитирована. Нужно время восстановиться, набраться сил. Вскоре королева почистила ряды, оставив самых способных, выносливых — ведь большее количество обращенных оказались жадными до крови «пустышками», без выдающихся способностей и умений. Плодить прожорливую серость — накладно и хлопотно. К тому же, держать в повиновении армию необучаемых отморозков очень сложно. Так и норовят вырваться из-под крыла. Поэтому с массовыми пополнениями рядов ламий завязала. Хотя, мы так до конца и не поняли её маршрута передвижений по жизни, логику при обращениях, убийствах. — Драгор махнул рукой, виски угрожающе болтнулось: — Хорошо, что приспешники не так сильны как ведьма. Хотя… — задумался на секунду, — последнее время именно они и появляются у нас. Видимо, Ламия опять затеяла расовый эксперимент… Или нашла альтернативный способ расширить могущество — увеличить поголовье тварей, пусть и слабеньких. Чёрнорабочие всегда нужны. Кто-то же должен выполнять грязную работу?! Они не пугают, но, однозначно, напрягают. Хотелось бы верить, что королева не готовиться к масштабному действию. Мы ведь не воюем, как таковые — держимся обособленно. — Драгор вновь отхлебнул: — Правда, она всё же убивает наших лазутчиков, а мы — её, если осмеливаются приблизиться. Не подпускаем к себе, — повисло молчание. Долгое, глубокое, интригующее. — Знать бы, что у королевы на уме, — наконец, нарушил тишину оборотень, — и чье тело с душой Кхорна бродит по свету… Мне понравилась твоя теория об оживлении других, — кивнул, в глазах заблестела сталь. — Интересная трактовка, необычная мысль. Что если сущность Кхорна заточена в ком-то и нужен ключ, чтобы взломать удерживающие замки? — огорошил, сверля инквизиторским взглядом. — Гадко прозвучит, но может это ты? — на лице ожидание — ни намека на шутку. — Одна из твоих жизней с душой монстра? — рыкнул обвинительно-уличающе.
Катя опешила на миг.
— Не знаю! — от ужаса сковало по рукам и ногам. По телу прокатилась ледяная волна страха. Чудовищнее придумать невозможно. — Тогда уж лучше сдохнуть, чем жить…
— Перестань, — тоном любящего отца, неожиданно ласково отрезал Драгор. — Мы все для чего-то живем. Добро, зло — баланс. И тебе найдем применение.
Вот так приободрил! От хладнокровной рассудительности мурашки высыпали по коже. Брр… Как можно с таким спокойствием разглагольствовать на глобальные, жизненно важные для всего человечества темы? Нужно всё тщательно обдумать, но не сейчас. Главное прозвучало: книга… ключ… Те самые? Скорее всего. Боже! Как бы узнать подробности? Вот только, покажи интерес сильнее, Драгор раскусит… как Светка. Чёрт! Столько всего навалилось. Поспешность в решениях недопустима. Выждать, поразмыслить.
— Это пугает и настораживает, — отлепилась от спинки дивана. — Не хотелось бы примениться во вред людям. Долгие годы скрываться от ламий, избегать общения, чтобы невинных не подвергать опасности, и в итоге оказаться на стороне королевы… Не самая подходящая развязка для семилетнего противоборства — моё эго это не примет.
Лицо Драгора словно непроницаемая маска, в голосе металл:
— Ламия могущественна, как никто. Может, не худший вариант? Сдайся ей — и, возможно, откроется правда. Пусть не такая, как ожидала, но, по крайней мере, продолжать бегать в неведение больше не придётся!
Катя обомлела:
— Это шутка? — еле выдавила. — А если она мной апокалипсис учудит?!
Драгор вновь расхохотался:
— Его давно предвещают! Мир ждёт, затаив дыхание, даже сильнее, чем нового Христа. Зачем заставлять человечество мучиться? Гляди на это с другого ракурса — станешь долгожданным пророчеством!
— Да вы с ума сошли! — вскочила, сжимая кулаки.
— Сядь! — гаркнул Бъёрн старший, посерьезнев. Оцепенев, плюхнулась обратно — Драгор криво ухмыльнулся: — Глупая девчонка! Даже если Ламия заполучит тебя, вряд ли осуществит задуманное.
— Почему? — шепнула, найдя силы.
— Ей нужна книга!
— Та самая? — уточнила робко.
